Книга Двор призрачных сердец, страница 173 – Элис Нокс

— Алистор... — взмолилась я, и голос вышел жалким, срывающимся, чужим. — Пожалуйста...

Впервые я произнесла его имя как мольбу.

— Нет, — усмехнулся он жестоко, и в усмешке читался садизм, тёмное наслаждение моими страданиями. — Ещё нет, хочу, чтобы ты умоляла. Хочу видеть, как отчаянно ты этого хочешь. Как готова на всё ради облегчения.

Его рука продолжала двигаться — медленнее теперь, дразняще, сжимая у основания, отпуская у головки. Я видела, как удовольствие искажает его лицо, как маска Света пульсирует быстрее, синхронизируясь с движениями.

— Пожалуйста, — прошептала я, и слёзы жгли глаза, стекали по вискам. — Пожалуйста, позволь... я не могу... так больше...

— Продолжай, — разрешил он наконец, и в голосе прозвучало торжество. — Но медленно, очень медленно. Хочу, чтобы ты страдала так же, как я. Чтобы каждая секунда тянулась вечностью.

Пальцы возобновили движение — медленное, мучительное, растягивавшее удовольствие, не дававшее кульминации, державшее на грани.

Я не могла оторвать взгляда от него — от того, как рука сжимает себя, как головка исчезает в кулаке и появляется снова, блестящая, мокрая, как мышцы напрягаются, как губы раскрываются, выпуская стоны, что он больше не пытается сдерживать.

— Жаль, — прошептал он вдруг, и голос прозвучал почти... потерянно, с нотой сожаления. — Жаль, что ты девственница, Аделин.

Слова ударили неожиданно, вырвали из тумана удовольствия.

— Что?.. — выдохнула я, не понимая.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, и в белом огне глаз плясало что-то тёмное, жадное, но и... человечное.

— Я бы хотел, — голос стал тише, интимнее, почти нежным, — чтобы ты просунула пальцы внутрь. Чтобы я видел, как ты растягиваешь себя для меня. Как берёшь один. Потом два. Три. Готовишь себя так, как готовила бы... — он сжал челюсти, — ...для любовника.

Долгое молчание, и я видела, как он борется с чем-то.

— Но не могу. Не имею права забрать это у тебя. Даже так. Даже если магия заставляет тебя подчиняться. Даже если демоны требуют большего.

Слова разожгли что-то постыдное, жаркое, пульсировавшее между ног ещё сильнее.

Он мог приказать. Магия заставила бы меня.

Но не приказал.

Даже одержимый, даже на грани контроля — он держался за остатки чести, уважения.

И это... это делало всё ещё более сложным.

Боги. Я... я хочу. Хочу, чтобы он приказал. Хочу почувствовать больше.

Мысль ужаснула, но отрицать было бесполезно.

— Но, — голос его стал резче, властнее, обрывая мои мысли, — хватит мучений.

Он долго выдохнул, и белые глаза полыхнули ярче.

— Быстрее, — приказал он, и рука его тоже ускорилась, синхронизируясь с моей. — Хочу видеть, как ты теряешь контроль. Как ломаешься для меня, сейчас. Кончай для меня, Аделин. Покажи, как твоё тело предаёт разум.

Пальцы ускорились отчаянно, надавливая сильнее, скользя быстрее по влажности, что росла и стекала.

Волна начала подниматься — неизбежная, всепоглощающая, поднимавшаяся от пальцев ног, захлёстывавшая бёдра, живот, грудь.

Его рука двигалась в том же ритме — жёстко, отчаянно, почти жестоко, — и я видела, как напрягаются все мышцы тела, как спина отрывается от спинки кресла, как бёдра подаются вперёд, ища кульминации.

Магия вокруг него бушевала. Серебряные вспышки, потрескивание, гром. Свет заливал каюту, слеплял.