Книга Зловещая мелодия, страница 117 – Эрик Фуасье

Он свернул в сторону от лотков, занимавших центральное пространство главной улицы, но тут его окликнули издалека: «Господин барон! Господин барон де Коз!» Инспектор не сразу разглядел вынырнувших из толпы лорда Блэкберна и его сестру Эмили. Английский инженер толкал перед собой кресло, на котором сидела парализованная девушка; они направлялись к запряженной берлине, стоявшей поодаль, под деревьями. Сэр Генри энергично махал рукой, чтобы привлечь внимание Валантена.

«Ну дела! – подумал тот. – Неужто нынче утром сюда сбежались все обитатели замка Мелье? И стоит ли это считать простым совпадением?»

Инспектор развернулся и зашагал навстречу англичанам, а поравнявшись с ними, поклонился сначала девушке, облаченной в тот же целомудренный наряд и шляпу с вуалью, которая полностью скрывала лицо. Белые одежды, окутывавшие сестру сэра Генри с ног до головы, сейчас, при свете солнца, в чудесный весенний день, еще больше, чем в душном полумраке гостиной, напоминали узы, призванные лишить ее свободы движений, и оттого вызывали гнетущее, болезненное чувство.

— Мое почтение, мисс Эмили! – поприветствовал Валантен парализованную девушку. – А я-то думал, вы никогда не покидаете усадьбу. Рад видеть, что это не так и что вы находите возможность побыть среди людей.

— Это Генри настоял на прогулке, – отозвалась она печально, стиснув затянутые в перчатки руки на подлокотниках кресла. – Он говорит, что мне нужно развеяться, но здесь сегодня слишком много народу. Все это столпотворение меня нервирует. Кажется, что на меня все пялятся и перешептываются за спиной. Я как раз попросила брата отвезти меня домой, и тут мы увидели вас.

Блэкберн был в темном рединготе, морковного цвета жилете и бежевых узких панталонах, заправленных в мягкие сапоги с желтыми отворотами. Он поправил шаль на плечах сестры и снова покатил кресло к карете, запряженной двумя великолепными лошадьми рыжей масти. По дороге он шепнул на ухо Валантену:

— Когда Эмили узнала, что вы не верите в проклятие Кали, на нее это произвело ошеломительное впечатление. Я хотел ее отвлечь, поэтому привез на ярмарку, но она не выдержала здесь и четверти часа. Право слово, я никогда не видел ее в таком взвинченном состоянии…

— Я думал, она, наоборот, испытает облегчение, равно как и вы, узнав, что вам обоим ничто не угрожает, – так же тихо отозвался Валантен.

— Разумеется, – кивнул англичанин, – но при условии, что ваш вывод по поводу проклятия верен.

— А вы сомневаетесь?

— Я этого не говорил. Ваши доводы прозвучали весьма убедительно. В любом случае отсутствие прямой угрозы нам обоим не отменяет другую проблему. Мысль о том, что кто-то в нашем ближайшем окружении решил воспользоваться семейной драмой Блэкбернов для прикрытия своих преступлений, теперь мучает мою сестру непрестанно.

Их тет-а-тет прервал властный голос Эмили:

— Прошу вас, господа, перестаньте шептаться у меня за спиной! Знаете, как неприятно чувствовать себя ребенком, при котором взрослые не решаются обсуждать что-то вслух!

— Прости нас, Эмили, – поспешно проговорил лорд Блэкберн, многозначительно взглянув на Валантена. – Я понизил голос лишь потому, что мы обсуждали грядущее восстание и нельзя было допустить, чтобы чужие люди услышали наш разговор.

Они уже дошли до кареты. Британский инженер вытянул из-под днища диковинное раскладное устройство, похожее на небольшую платформу, и пояснил, что снабдил берлину миниатюрным подъемником, вроде того, что установлен у них дома. Механизм работал от нескольких вольтовых столбов, помещенных в короб, и позволял безо всяких человеческих усилий поднимать кресло на колесах вместе с пассажиркой в салон кареты. Это хитроумное приспособление сэр Генри, как он сказал, придумал нарочно для того, чтобы отвлекать сестру от уединенного образа жизни и время от времени вывозить ее на долгие прогулки; порой они добирались даже до побережья.