Книга Герцог и гувернантка, страница 32 – Элоиза Джеймс

— С вашей сестрой я, кажется, не знаком.

И сейчас, узнав, что едва не взял в жены фальшивку, он, кажется, не рассердился! Смотрел устало, и под глазами у него залегли темные круги — однако дважды улыбнулся и один раз вроде бы едва не рассмеялся.

— Я вам объясню, на что была бы похожа наша совместная жизнь, — продолжала она, решив проигнорировать его замечание о Розе. — Представьте себе, что вы, под ручку с герцогиней, здороваетесь с лордом Хаклсберри…

— Это еще кто?

— Неважно. Я его выдумала. Лорд Хаклсберри и его жена несчастливы вместе.

Краем сознания она отметила, что от Норта очень приятно пахнет. Медом, и пряностями, и чем-то еще — кажется, чистым мужским телом.

— Прискорбно слышать.

Он скрестил ноги, и это заставило Диану бросить взгляд на его бедра. И прежде она вечно обращала внимание на бедра Норта! Нет уж, лучше продолжать.

— Допустим, вы и ваша жена знаете историю последней интрижки его милости с горничной — во всех отвратительных подробностях…

— Что-то мне никто ни о ком не рассказывает отвратительных подробностей, — заметил Норт.

— Зато мне рассказывают, — возразила Диана. — Ну а я, допустим, все их передаю вам. И запомните еще одно: леди Хаклсберри вышла замуж не девственницей так, что отец прибавил пятьсот фунтов к ее приданому.

Слушая, с каким жаром Диана излагает эту сочиненную на ходу историю, Норт вдруг заметил, что улыбается во весь рот.

Какая же она хорошенькая! Даже не так — красивая. И как он мог находить ее привлекательной в парике? Нет, только сейчас, когда она убрала свои медные волосы в простой шиньон, и выбившиеся мягкие кудряшки падают на лоб…

— И? — спросил он, заметив, что она замолчала и смотрит на него выжидательно.

— Ваша герцогиня, самая важная дама в округе, только что сказала нечто совершенно неприличное!

— Что же? — поинтересовался Норт.

— Упомянула об этих пятистах фунтах.

— M-да… в самом деле, не слишком тактично…

— В прошлом, узнав, что его невеста до знакомства с ним имела любовника, лорд Хаклсберри сам потребовал увеличить приданое. Так что теперь, когда он завел любовницу — неважно, пусть даже не горничную, — он должен своей жене пятьсот фунтов!

Против воли Норт ощутил, как расплывается в улыбке.

— Что за глупость!

— Вы так говорите, потому что вы мужчина и не считаете, что женщины по ценности равны своим мужьям.

— Похоже, вы разбираетесь в финансах? — поинтересовался он, невольно заинтригованный.

Она мгновенно помрачнела.

— О нет, с деньгами я не в ладах. Вы ведь знаете мистера Калико, бродячего торговца?

— Конечно! — Появление у ворот замка мистера Калико и его зеленой повозки было одной из главных радостей его детства.

— В последний раз, когда он приезжал сюда, мистер Калико разругал меня за то, что я пыталась дать ему сдачи с гинеи больше, чем стоил товар. Я нервничала и перепутала монеты. Было страшно унизительно.

Норт сделал большой глоток шерри. Он начал понимать, до какой степени не знал свою невесту.

Видимо, понимание проступило у него на лице, и Диана это заметила.

— Теперь видите, почему герцогини из меня бы не вышло?

Вздернув голову, он оборвал в зародыше новый список ее многообразных прегрешений.

— Потому что непременно начали бы обсуждать с четой Хаклсберри английские брачные традиции? — Норт поставил бокал. — Или вы хотите сказать, что и ваша матушка добавила бы пятьсот фунтов, если бы я попросил?