Книга Влюбленная. Гордая. Одинокая, страница 48 – Елена Левашова

«Ты счастлива, Любаша? Глаза сияют, щеки алеют, а лицо… оно кричит о том, какая ты счастливая! Потому что так глупо улыбаются только потерявшие голову влюбленные дурочки!» – говорю своему отражению в зеркале заднего вида.

Очевидно, мой глубокомысленный монолог не по душе раздраженным, ползущим по городским пробкам водителям: они сигналят и жестикулируют. Наглый усатый таксист на желтой «Приоре» бесцеремонно подрезает меня, заставляя ахнуть от неожиданности и страха. Я приосаниваюсь, крепче сжимаю руль и стряхиваю «рыжее» наваждение, пытаясь сосредоточиться на дороге.

Оказывается, я сотни раз проезжала мимо шикарного тридцатиэтажного комплекса «Ботанический сад». Подумать только, Мир здесь живет! Дом стоит прямо перед входом в центральный парк, а с южной стороны граничит с озером. Открываю шлагбаум пультом управления, идущим в комплекте с ключами, и заезжаю на охраняемую территорию. Паркуюсь на улице, втиснувшись между внедорожников, похожих на крокодилов.

«Квартира триста семнадцать…» – ищу нужный подъезд, повторяя как мантру давно заученную фразу. Распахиваю дверь и оказываюсь в светлой, пахнущей свежей краской парадной.

Блестящие двери лифта распахиваются на двадцать седьмом этаже.

Неуверенно проворачиваю ключ в замке и тяну на себя входную дверь. Из прихожей струится приглушенный свет. Мир дома? Странно, ведь минутой назад он прислал мне десятое за последний час «Любочка», сопроводив обращение розовым сердечком.

Мой любопытный взгляд скользит по стенам из необработанного кирпича, «украшенным» размашистыми мазками штукатурки. С потолка свисают лампы на длинных проводах, освещая прихожую и часть просторной гостиной. Лучики электрического света отражаются от плазменной панели, занимающей широкую нишу в стене. Напротив нее – разложенный темно-синий диван размером с мою комнату в родительском доме. М-да, Боголюбов… Ты неплохо подготовился к моему приходу: на небольшом стеклянном столике возле дивана томится покрытая ледяной испариной бутылка шампанского, а рядом с ней, поблескивая хрусталем, стоят бокалы. Расстегиваю пальто и делаю неосторожный шаг в глубь прихожей, звонко цокая по роскошному мраморному полу. Из-под стеклянной черной двери в конце коридора струится тонкая полоска света и слышится шум воды.

«Ну что, Любаня, ты готова разнообразить отношения совместным мытьем в душе?» – улыбаюсь ехидненько и снимаю пальто, оглядываясь в поисках вешалки.

Чугунная, изогнутая… она стоит слева от входа, а на ней висит женское красное пальто. Прикипаю взглядом к вещице, перебирая причины ее появления в доме Мира, захлебываясь от нахлынувшей тревоги. Усилием воли заставляю себя отвернуться от яркой тряпки и ослабленно опускаю глаза, споткнувшись взглядом о женские ботильоны, аккуратно стоящие на полу.

Господи, что же это? Розовый шарф, сумочка, телефон, ключи от машины – вещи небрежно лежат на узком комоде вдоль стены. Я ничего не понимаю… Что я здесь делаю? Возможно, я ошиблась квартирой. Ну, конечно! Рассеянная влюбленная дура. К тому же беременная. Надо убираться отсюда, пока хозяин или хозяйка не вызвали полицию. Спешно набрасываю пальто, накручиваю шарф вокруг шеи и… вздрагиваю от щелчка открывающейся двери ванной комнаты.

Передо мной предстает девушка – красивая и высокая. Белоснежное полотенце слегка прикрывает полукружия небольших грудей. В сознании, как по волшебству, всплывают картинки недалекого прошлого: ее перекошенное от смеха, а потом от любопытства лицо, усмешки Боголюбова и красноречивый рассказ о «бомбовозе».