Книга Измена. И с чистого листа, страница 12 – Андрей Левинский

— Мы оба зарабатываем. У нас общий счёт и двое детей.

— Вот это в тебе всегда было. Сразу цифры, отчёты, допрос. Я хотел объясниться по-человечески.

— Объясняй.

Он прошёл на кухню. Я осталась в дверях. На столе стояли две чашки, одна с засохшим ободком кофе. Рядом лежала раскрытая коробка конфет.

— Я виноват, — произнёс Василий, глядя в окно. — Но ты тоже подумай, как мы жили. Секс когда у нас был последний раз? Ты вечером падаешь без сил. К тебе прикоснуться страшно, сразу «завтра рано вставать». Всё дети, работа, кастрюли. И вес этот… Я молчал, чтобы тебя не обижать.

Каждое слово было мне знакомо. Мама сказала почти то же самое вчера, только мягче и чужим голосом. Если двое людей повторяют одну мысль, она начинает звучать как доказательство.

Я посмотрела на свои руки. Ногти короткие, кожа возле большого пальца треснула от моющего средства. В среду этими руками я гладила его рубашку. В четверг несла домой продукты. Ни одна из этих подробностей не отвечала на вопрос, почему Алина лежала в нашей постели.

— Ты мог поговорить со мной.

— Пытался.

— Когда?

— Постоянно. Говорил, что тебе надо собой заняться. Предлагал абонемент.

— Ты подарил мне карту в спортзал на день рождения и через месяц забрал её Алине?

Он слишком быстро отвёл взгляд.

— Она хотела посмотреть клуб. Не выдумывай.

Телефон завибрировал. Лида. Прошло пять минут, хотя мне казалось, что гораздо больше.

— Я собираю вещи.

— Верни Катю, — сказал Василий. — Ей завтра на подготовительные. Она устраивает спектакль, а ты поощряешь.

— Катя сама решила уйти. Ей семнадцать.

— Она моя дочь.

— И моя. Катя не вещь, которую можно просто вернуть. А где она будет жить и кто за что платит, решим по закону.

Василий усмехнулся.

— Уже юристом стала? Куда ты её приведёшь? На диван к своей матери?

— Пока да.

— Отличный план. Разрушить семью, утащить ребёнка, а потом бегать по судам.

— Семью разрушил ты.

Фраза вышла тихой. Он всё равно услышал.

— Один раз ошибся — и уже разрушил? Двадцать лет ничего не значат?

— Значат. Поэтому я спрашиваю, сколько месяцев ты мне врал.

Он ударил ладонью по столу. Чашка подпрыгнула, на дне плеснулся холодный кофе.

— Хватит вести себя как следователь!

В прихожей открылась входная дверь. Я вздрогнула. Лида заглянула на кухню и подняла телефон.

— Ты не ответила.

— Всё нормально.

— Вижу.

Она не поздоровалась с Василием. Взяла складную сумку и пошла за мной в спальню. Там пахло свежим бельём и его туалетной водой. Покрывало действительно было расправлено. Наволочки он сменил, но мою подушку бросил на кресло.

Я открыла шкаф. Руки двигались быстро: бельё, две пары брюк, свитеры, домашняя одежда. Для Кати взяла школьные блузки, джинсы, косметичку и зарядку от ноутбука. Лида молча складывала всё в пакеты.

— Паспорт где? — спросила она.

— В нижнем ящике стола.

Папка с документами оказалась на месте. Я проверила паспорта, свидетельства о рождении, документы на квартиру, договоры по счетам. Свидетельство о браке лежало между страховками. Я взяла и его.

Василий стоял в дверях.

— Костя скоро придёт. Поговори с ним без истерики.

— Я никогда не устраивала истерик при детях.

— Вчерашнее как называется?

— Вчера я ушла из спальни, где ты был с другой женщиной.

Лида застегнула сумку так резко, что бегунок звякнул.