Книга Говорящие кости, страница 354 – Кен Лю

Наверху, в кабине-черепе «Семиглавого гаринафина», Торьо еще крепче прижалась к Тэре. Крики и стоны погибающих и раненых, как людей, так и животных, не давали ей покоя.

На бедную женщину нахлынули тяжелые воспоминания: она вновь видела перед собой усеянное трупами море вокруг «Прогоняющей скорбь» и обугленные развалины поселения в долине Кири.

«Сколько еще человек должно погибнуть? Долго ли еще будет продолжаться это бесконечное убийство?»

Наконец волна огневого скота, так же стремительно, как и нахлынула, пошла на спад. Многие буйволы лежали мертвые, с пронзенными стрелами шеями и проломленными камнями черепами, затоптанные своими же собратьями; из их вспоротых острыми рогами боков вываливались на снег внутренности. Отбившиеся от стада звери развернулись и побежали к льуку. Те встретили их топорами и копьями, перебив всех, пока они не натворили бед.

Тэра дернула черный рычаг.

Сами подошла к главной трубе и заиграла новую мелодию. На этот раз гигантский орган «Семиглавого гаринафина» разразился громогласным боевым кличем.

Уцелевшие агоны отступили за линию костяных зверей, утащив за собой гаринафиньи шкуры. Годзофин и другие главные оживители выкрикивали своим командам приказы. Стопоры были выбиты из колес-ног, крылья-паруса опять наполнились ветром.

Покачиваясь, со скрежетом и треском, живые скелеты поднялись на ноги и снова зашагали к орде льуку.

Крик «Семиглавого гаринафина» разнесся далеко по степи.

В нескольких милях от поля боя всадники-льуку, ведущие погоню, пришли в замешательство. Гаринафинам мятежников удалось скрыться. Они рассеялись в разных направлениях, вынудив также разделиться и преследователей. Но стоило лишь льуку приблизиться к кому-либо из беглецов (даже к такому, у кого вроде бы были повреждены крылья), чтобы испепелить его огненным дыханием, как у вражеского скакуна неизменно обнаруживался запас сил, позволяющий ему вновь оторваться от погони!

Тооф заложил на Га-але широкий вираж. Гаринафины повстанцев услышали призыв вернуться.

Тово Тасарику расхохотался.

Он и не рассчитывал, что натиск огневого скота способен опрокинуть костяных зверей. То была всего лишь разведка боем, с целью выяснить возможности этих странных механизмов. Ну что ж, переростки арукуро токуа проявили себя скорее как оружие устрашения, нежели реальная боевая сила.

«Какая жалкая попытка!»

Издаваемые ходячими скелетами звуки могли напугать тупых животных, но не дисциплинированных воинов-льуку. Оказавшись в опасном положении, машины не продемонстрировали какой-то особой магии. Огневой скот удалось остановить только благодаря традиционной тактике степных народов, да притом еще ценой гибели множества бунтовщиков.

Варвары-дара, верные своей природе, неизменно стремятся к тому, чтобы превратить любое сражение в осаду крепости. Тово уже доводилось наблюдать это на Пастбище Нальуфин, где Тэра и Таквал построили изо льда и снега форт. Та схватка стоила ему руки. Теперь агоны во главе с ведьмой-дара снова прибегают к подобного рода уловкам. Похожие на башни костяные звери подвижны и служат возвышенными платформами для лучников и пращников.

Но этот маневр легко парировать. Его воины тоже способны выставить щит-завесу из гаринафиньих шкур. Шаткая костяная башня – не что иное, как такой же ледовый форт, и Тово уже видел, как его солдаты с легкостью взбираются на гигантские скелеты, предавая смерти всех укрывшихся внутри.