Онлайн книга «Лёнька. Украденное детство»
|
— Есть, герр гауптштурмфюрер! А кого привлечь к ответственности за хищение оружия? Ведь злоумышленник не найден? — Мда, бессмысленно проводить следственные действия и розыск. Это займет много времени и не даст абсолютно никакого результата! А вот если наказать тех, кто не обеспечил безопасность наших солдат и имущества… * * * Оберлейтенант звонко зачитывал свеженапечатанный приказ коменданта, а стоявший рядом новый глава деревенского самоуправления «истинный патриот» Георг Берг быстро переводил: — …кто выйдет из дома после шести часов вечера – расстрел! Кто не сдает сельскохозяйственную продукцию – расстрел! Кто без разрешения покинет свою деревню – расстрел! За неисполнение этого приказа – смертная казнь! Помощник коменданта перевел дыхание, протер вспотевший лоб и шею несвежим носовым платком и, дождавшись, пока сбившийся с ритма Берг перевел приказ, продолжил: — За хищение оружия и боеприпасов немецких солдат будут повешены хозяйка дома и ее мать, допустившие проникновение в свой дом злоумышленников и кражу немецкого имущества! За умышленное убийство представителя немецких властей старосты Якова Бубнова будут казнены пять взрослых жителей деревни, от каждого соседнего с местом преступления двора по одному человеку. Они не пришли на помощь представителю власти, когда на него было совершено нападение. Приговор окончательный и не подлежит обжалованию и должен быть приведен в исполнение незамедлительно. Исполнять! – последняя команда была обращена к построившемуся тут же отделению из вооруженных эсэсовцев и двух местных полицаев. Услышав приказ, они бросились хватать всех подряд из собравшейся толпы, не выбирая, как и было сказано. Никто не утруждал себя поиском, сортировкой, обходом домов. Для простоты исполнения приказа коменданта полицаи при помощи солдат связали заранее розданными веревками семь человек, среди которых первыми были скручены Танькины мать и бабка. Полное досье на семью Полевых уже давно лежало на столе коменданта, и тот факт, что их муж и сын Андрей Полевой служил на пограничной заставе, был коммунистом и командиром, сам по себе давал ему повод уничтожить эту семью без сожаления. Три солдата хозяйственного взвода ловко сколачивали плаху. Они были ловкими плотниками и, видимо, уже не раз сооружали страшное орудие уничтожения людей. Делали все по-немецки складно, быстро и крепко. Каждый вкопанный на один метр двадцать сантиметров сосновый столб укрепили металлическими скобами и распорками как вверху к перекладине, так и внизу. Зондерфюрер тыловой службы, командовавший столярами, выдал пять кусков новенькой веревки, каждая длиной по одному метру и восемьдесят сантиметров. Именно столько было предусмотрено полевыми нормами для совершения смертной казни. Немецкая рачительность позволяла экономно расходовать даже средства уничтожения ни в чем не повинных людей. Зондерфюрер Тилль Герц никогда не служил в армии и никогда не держал оружия в руках, которое ему заменяли счеты и гроссбух. Зато он прекрасно разбирался в бухгалтерии и был квалифицированным товароведом. За эти профессиональные качества его и призвали на Восточный фронт, дав специальное звание и широкие полномочия в целях четкого и бесперебойного снабжения воюющих солдат вермахта всем необходимым для питания, сна, отдыха и расправ. Но главное, по приказу коменданта Хоффмана он вел учет всей изъятой скотины, собранного и сданного немецким властям урожая и осуществлял незамедлительную отправку всей этой продукции в Германию. С Запада в СССР шли эшелоны, набитые техникой, боеприпасами, оружием, солдатами. Навстречу им отправлялись вагоны с коровами, лошадьми, свиньями и тушами забитых животных, а также с зерном, фруктами и овощами, захваченным ценным имуществом. Зондерфюрер Герц и его коллеги вели точный подсчет всего изъятого. Хваленый немецкий учет и порядок высасывали до капельки кровь и жизненные соки из оккупированной страны и ее населения. |