Книга Умри тихо, мой ангел, страница 147 – Андреас Гётц

Может быть, после своей ссоры они опять помирились. Ведь такое вполне возможно. Они могли встретиться за чашкой кофе, а потом решили пойти в кино. Там он обнял ее за плечи, они прижались друг к другу. После кино они пойдут к нему, там они сблизятся еще сильнее, а потом случится то, что и должно случиться: они окажутся в постели. Так всегда происходит в жизни. Для примирения секс является самым лучшим средством. По крайней мере, так говорят.

Он услышал, как его мать вернулась домой. Быстрый взгляд на часы: уже десять. Он вышел в прихожую, чтобы посмотреть, в каком настроении она сегодня. Но она выглядела очень усталой и измотанной. Немного помедлив, он последовал за ней на кухню, где она в этот момент заглядывала в холодильник.

— Я могу что-нибудь приготовить тебе, — предложил он.

— Хорошо, но я не очень сильно хочу есть. Но ты мог бы открыть мне вот эту бутылочку вина.

Он поискал штопор и взял у нее бутылку.

— И?

— Что и?

Она разложила на столе колбасу, сыр и хлеб.

— Ты сама знаешь, что я имею в виду.

Его мать ничего не ответила, приготовила себе бутерброд.

— У нас есть маринованные огурцы?

— Мама!

— Ну, хорошо. Некая Марайке Аренс была обязана явиться на допрос сегодня в полдень. Ее имя многократно встречалось в бумагах Мирко Энгельхарта. Но она так и не появилась. Дома мы ее тоже не застали. Что, по-видимому, не является чем-то необычным, так как нам показалось, что ее родители предоставляют ей большую свободу. Ее мать сказала, что юная дама не отличается пунктуальностью, а затем без видимой причины начала грозить нам адвокатом. Посмотрим, отнесется ли эта Марайке серьезнее к официальному вызову повесткой в Управление полиции.

Она с аппетитом откусила от своего бутерброда и добавила с полным ртом:

— Фальтерер был там вчера. Вилла защищена как тюрьма для особо опасных преступников. И ее обитатели такие же.

С некоторым усилием он откупорил бутылку вина.

— Похоже это на твою Марайке?

— Не знаю. В некоторой степени да.

Он достал бокал и налил ей вина. В этот момент в дверь позвонили. Они переглянулись. Кто бы это мог быть, в такое позднее время? Джой — сразу же подумал он.

— Я пойду открою.

Однако когда он открыл дверь, на лестничной площадке стояла не Джой, а ее мать. Вид у нее был довольно обеспокоенный.

— Ты не знаешь, где Джой?

Он пожал плечами.

— Я получил эсэмэску, что она идет в кино.

— Я тоже, но… это кажется мне странным. Из-за такой ерунды она никогда не присылает мне эсэмэски. Обычно она звонит, когда задерживается. Или когда остается ночевать где-то в другом месте. Значит, ты ничего не знаешь? Она тебе не звонила?

— Нет, только прислала эсэмэс.

— Твоя мать дома?

— Только что пришла.

— В чем дело? — услышал он за спиной голос своей матери. Прежде чем он успел ответить, мать Джой вошла в прихожую.

— Джой не пришла домой, и я никак не могу до нее дозвониться. Это довольно странно. Нельзя ли в этом случае что-нибудь сделать?

Саша закрыл входную дверь и повернулся к ним. Его мать стояла в прихожей с бокалом вина в одной руке и с надкушенным бутербродом в другой.

— Давайте выждем ночь, — предложила она. — Возможно, Джой гуляет где-нибудь с молодым человеком и завтра утром придет домой. Ведь такое возможно, не так ли?

Мать Джой пожала плечами. По-видимому, она в это не верила.