Книга Умри тихо, мой ангел, страница 146 – Андреас Гётц

— Марайке. Ее зовут Марайке.

— А как еще? Я имею в виду фамилию.

— Э… Понятия не имею. Она мне ее не назвала.

— Ты не знаешь ее фамилии?

— Нет. И я не знаю, где она живет, если ты собираешься спросить меня об этом. Однажды она уже была жертвой преследования настойчивого поклонника и поэтому не хотела давать о себе никакой информации. По меньшей мере, так она мне сказала. У меня есть только номер ее мобильника.

— Напиши. — Она взяла со столика листок бумаги и шариковую ручку.

В то время как он списывал со своего мобильника номер телефона Марайке, его мать металась по кухне взад и вперед, напряженно размышляя при этом.

— Марайке… Ведь это имя попадалось мне совсем недавно. — Она разговаривала не с ним, а с самой собой.

Он пододвинул к ней через стол записку с номером телефона.

— Ты думаешь, Марайке как-то связана с этим?

Вместо ответа она взяла свою куртку, висевшую на спинке стула, и накинула ее на плечи.

— Мне надо еще раз уйти. Возможно, вернусь поздно.

— Как всегда.

Она посмотрела на него и кивнула.

— Да, как всегда. — Она задержала свой взгляд на нем. — Я хотела бы, чтобы ты рассказал мне все это гораздо раньше. Если у тебя есть что-то еще, что может оказаться важным, сейчас самое время рассказать. Ты не имеешь права продолжать совершать ошибки. Ошибки приводят к последствиям, понимаешь? К тяжким последствиям. Например, такой ошибкой было бы позвонить этой девушке и предупредить ее, как только я уйду.

Он кивнул. И она ушла. Комиссар полиции, а не его мать. Ее здесь вообще и не было.

Он остался один, совершенно сбитый с толку, с таким чувством в желудке, словно он был набит свинцовыми пулями. Как ей пришло в голову обвинять его в причастности к смерти Мирко только потому, что он не выдал Марайке раньше? Ведь ничего другого она не имела в виду, когда сказала: Ошибки приводят к последствиям. К тяжким последствиям. Как он должен был предвидеть то, что произошло? Он же с самого начала сказал своей матери, чтобы она искала Тристана, но она проигнорировала этот след. Если кто и виноват в случившемся, так это только она сама! Однако вместо того чтобы наконец признать это, она прицепилась к Марайке.

Писк мобильника вывел его из задумчивости. Эсэмэс. От Джой! Неужели она тоже не могла дождаться, чтобы увидеться с ним? Но радость оказалась недолгой.

«Прямо сейчас иду в кино, — с удивлением прочел он, — позвоню завтра. Джой».

Что бы это значило? Она срывала их свидание? Но почему? Более того, даже не упомянув его ни одним словом? И не извинившись! Это совсем не похоже на нее. Может быть, она забыла о нем? Но разве она могла вот просто так взять и забыть о нем?!

«Да пошла ты! — в сердцах воскликнул он. — Глупая корова!»

Он уже собирался написать ей гневную эсэмэску, но потом передумал. Сохранять хладнокровие, подумал он. Холодное сердце. Она не должна думать, что это свидание ему нужно больше, чем ей.

Через некоторое время он подумал: а с кем же она идет в кино?

Бруно. Это мог быть только Бруно.

Саша сидел на краю кровати, уставившись на свои колени. Но недолго, потом он снова вскочил и начал метаться по комнате, как тигр в клетке. В течение уже нескольких часов он слушал свои любимые диски с записями песен Эминема. В течение уже нескольких часов его мысли и чувства кружились по замкнутому кругу.