Книга Человек, который умирал семь раз, страница 55 – Ясухико Нисидзава

Я постучал в комнату, которую занимала Маи. Потом еще и еще, ответа не было. Похоже, она пошла вниз. Я застал ее в столовой, одну, она разогревала мисо в кастрюле. Увидев меня, для порядка кивнула, но ничего не сказала. День только начался, но Маи уже была мрачнее тучи. Без макияжа она вовсе не казалась дурнушкой. Скорее наоборот, тонкие правильные черты лица, будь она не такой подавленной, придавали бы ей очарования не меньше, чем у Руны. Впрочем, может, не такому сопляку, как я, выносить подобные самонадеянные суждения.

— Маи-сан! Можно тебя на два слова? – По «графику» в столовой скоро должен был появиться Ёсио. Надо спешить. – Хотел тебя спросить кое о чем. Дело важное.

— Чего тебе? – спросила она равнодушно, похоже, заранее решив, что ничего важного сказать я по определению не могу. Выражением Маи очень напоминала мать. Ничего удивительного – она же ее дочка. Со временем, наверное, превратится в тетку, которая, как и мамаша, будет тайно радоваться, сбивая людей с толку своей скучной многозначительной улыбкой.

— Важное? Звучит серьезно. А что так рано? Подождать нельзя?

— Ты как относишься к Фудзитаке? Что о нем думаешь? – Времени на пустые разговоры и изучение, что друг у друга на душе, не оставалось, и я сразу взял быка за рога. – У меня такое впечатление, что он тебе нравится.

Выражение, появившееся на лице Маи после моего вопроса, я не забуду никогда. Киноварь, вспыхнувшая на щеках, стала быстро растекаться, пока не запылала вся физиономия девушки. Свойственная ей циничная мина, которой Маи обычно прикрывалась как броней, на мгновение уступила место скрывавшейся под ней беззащитной застенчивости. Она была так смущена, что даже не могла удивиться, задать вопрос, откуда я знаю про Фудзитаку. Такой бесхитростной реакции я не ожидал.

— Я вовсе не собираюсь совать нос в ваши дела, – торопливо продолжил я, желая донести до Маи свою мысль, пока она не успела отгородиться от меня броней настороженности. – Но это серьезно. Выслушай меня спокойно.

«Пожалуйста», – хотел добавить я, и тут в столовую вошел Ёсио. Увидев меня и Маи, вяло протянул: «О-о!» Он появился раньше, чем я ожидал. И в самый неподходящий момент.

— О-о! Что это? Что вы тут делаете? И лица такие серьезные. Что-то случилось?

— Ничего, – резко выпалил я. – Тебя не касается.

— Ой-ой, Кютаро! Как невежливо! – Ёсио, собиравшийся было сесть за стол, с оскорбленным видом подошел к нам. Только этого еще не хватало! – На Маи-тян глаз положил? Тебе не положено. Тебе еще учиться и учиться. Не десять лет, конечно, но два года и три месяца. Так что рановато ты этим занялся, мальчик.

— Не попал. Это совсем не то, что ты думаешь.

— А что тогда? Что?

— Ну… это личное дело.

— Ого! Личное, значит? Клинья подбиваешь? «Ну давай повидаемся вечерком, Маи-тян. Ты не смотри, что я маленький, зато знаешь какой горячий». Так? На материнский инстинкт надеешься? А ты темная лошадка, – изливал из себя Ёсио. Придумывал всякую чушь и сам же от нее корчился. Вот такой у меня братец. – Вот уж не знал, Кютаро, что ты такой юбочник!

— Повторяю: речь совсем о другом. Ничего веселого тут нет. У нас серьезный разговор. Не вмешивайся, прошу.

— О-о! Серьезный разговор? Это замечательно. У нашего Кютаро серьезные намерения. Это вам не по углам обжиматься. Здесь все на полном серьезе. Наш Кютаро ведь такой симпомпончик.