Книга Черная Бетти, страница 69 – Уолтер Мосли

Я вспотел, сидя в машине и думая о том, какие такие дела у Терри с Марлоном вынудили того отправиться в пустыню. И тут я услышал возбужденный голос Джексона, доносившийся из похоронного бюро.

— Мне до лампочки, что вы говорите, приятель. У меня ясно записано – вы должны мне четыре пятьдесят, а не два семьдесят пять. – Джексон пятился из двери задом. Я подумывал о пистолете 38-го калибра у меня в кармане, но не полез за ним.

Огромный живот Ролло Джонса выталкивал из помещения моего трусливого низкорослого приятеля.

— Вы называете меня лжецом? Мать твою так-перетак! – Каждое ругательство Ролло сопровождал толчком живота. – Вам меня не запугать.

— Изи, – пискнул Джексон.

Я вылез из машины и подошел к ним. Ролло застыл на месте, глядя на меня. Я поднял руки, показывая тем самым, что ничего не знаю. Не понятно, как Ролло истолковал мой жест, но выталкивать Джексона перестал, достал из кармана пачку денег, отсчитал несколько купюр и спокойно обменялся с Джексоном парой слов.

Рядом не было ни души. Лишь машины проносились мимо.

Когда мы отъезжали от заведения Джунипера, Джексон хлопнул меня по плечу.

— Все в порядке, – и побарабанил пальцами по приборному щитку. – Все в порядке!

— Что там произошло, дружище?

— Сорвал двести долларов.

— Это столько он тебе задолжал?

— Ха, нет. Столько мне проиграл Ортиз, а еще спорил, что я не смогу получить должок. Утверждал, что я слишком мягок, а мягкотелые могут добиться только одного – их кто-нибудь поимеет. Вот так, мать его. Двести долларов! – Джексон помахал купюрами у меня перед носом.

Через ветровую отдушину меня обдувала упругая струя горячего воздуха, отчего затруднялось дыхание. Я съехал на обочину и опустил голову на рулевое колесо.

— Что с тобой, Изи?

— Ах, нет, нет, Джексон, что случилось с тобой?

— Со мной все в порядке, старина. – Он не мог скрыть самодовольную ухмылку.

— Ты получил какую-нибудь степень в Ассоциации содействия цветным?

— Нужно мне это дерьмо! Мать их, они хотели заставить меня выучить какой-нибудь язык. Да-да, старина. Но я хожу по земле. Разговариваю на том языке, на котором говорят все окружающие меня.

— Но ты сможешь кое-чего добиться, Джексон. Ты ловкий.

— Ну, что ты, Изи. Ничего я не смогу.

— Почему же так? Наверняка сможешь.

— Нет, дружище. Я слишком долго числился негром. – Он будто гордился этим.

— Думаешь, Мартин Лютер Кинг устраивает шествия на юге, рискует жизнью, чтобы ты погряз в азартных играх и вел себя как черномазый?

— Я к нему не имею никакого отношения, Изи. И ты знаешь, что я проживу свою жизнь только одним известным мне манером.

— Но, Джексон, не можем же мы сновать по улицам и делать ставки на жизнь друг друга. Мы должны стать людьми. Мы должны вступаться за своих.

Джексон снял шляпу. По его лицу катились капли пота. Это был один из тех немногих моментов, когда я посмотрел ему прямо в глаза, а он остался серьезным.

— У Терри есть потайное лежбище на Двадцать второй улице. В заброшенном доме. Он только что поселился там. Это рядом со станцией Ренко и магазином «Веселое спиртное». Дом розового цвета с голубыми цветочками на некрашеном заборе. – Он бесстрастно изложил мне все это, вышел из машины и зашагал по улице.

Когда он удалился примерно на полквартала, у меня возникло желание остановить его, еще раз поговорить. Я открыл дверцу и уже было опустил одну ногу на асфальт, как вдруг почувствовал слабость. У меня даже не хватило сил окликнуть его.