Книга Черная Бетти, страница 40 – Уолтер Мосли

— Вам нужен доктор?

— Позову, если потребуется.

Бойскаут опустился на корточки, упершись руками в колени. Вблизи лицо белого человека показалось мне обеспокоенным.

— Я могу позвать доктора, – предложил он.

Его обеспокоенный вид нагнал на меня страху. Мне показалось, что его взгляд говорил о моей неминуемой смерти.

— Пожалуйста, – попросил я. – Просто нажмите пару раз кнопку звонка.

Он вышел из камеры, задвинув за собой дверь.

Рядом с моей койкой находился унитаз, я догадался об этом по запаху. У меня все еще продолжались позывы сходить в туалет, но я воздержался, опасаясь того, что, если сяду на стульчак, из меня выскочит половина отбитых внутренностей.

Тюрьма была обычная. Камеры по обеим сторонам коридора, цементные полы. Я находился один в камере. Остальные сокамерники, наверное, померли во время допроса, не иначе. И я опять рассмеялся, а пронзившая меня боль заставила меня вскочить.

Прутья решетки оказались холодными на ощупь. Я прислонился щеками к прохладной стали. До этого момента хотелось только одного – бросить это дело, рассказать все, как есть. Но теперь я решил, что кто-то должен поплатиться за мои страдания.

Возвратился бойскаут.

— Мистер Роулинз?

— Как вас зовут? – спросил я.

— Коннор. С вами все в порядке?

— Могу ли я позвонить, офицер Коннор?

Он улыбнулся.

— Да, да, конечно.

На несколько минут он удалился, потом возвратился с двумя молодыми полицейскими с дубинками в руках.

Телефонная будка находилась в закутке, сразу за вереницей камер. Прежде всего я позвонил домой. Я насчитал тридцать два гудка и понял, что детей нет дома. Тогда я набрал номер Горнов. Как я и думал, Физер и Джезус оказались у них. Я сказал Джезусу, что считал нужным, он ничего не ответил.

Трубку взяла Физер.

— Ты застрял в дорожной пробке, папа?

— Да, ягодка.

— Папа, у меня в волосиках красная вишенка. Получается очень красиво. Джуйс хотел ее съесть, но я не позволила, и он состроил мне смешную гримасу. – Физер засмеялась.

— Я люблю тебя, моя радость.

— Ага, папа. Тут мистер Горн хочет с тобой поговорить.

Я объяснил ему, что меня по ошибке арестовали, но я постараюсь как можно скорее вернуться домой. Думаю, он ничего не понял, и это неудивительно, потому что я и сам ничего не понимал. Главное, они присмотрят за ребятишками. А больше я ни о чем и не просил.

Потом я позвонил Крысе.

К телефону подошла Этта.

— Алло.

— Этта?

— Изи, что случилось, детка?

— Я загремел в тюрьму в Беверли-Хиллз. Крыса дома?

— С Раймондом что-то неладное, Изи.

— Он дома, Этта?

— Нет. Ушел, пытается найти кого-то, кто подставил его. Похоже, у него опять поехала крыша, Изи. Он раздражает Ламарка, боюсь, как бы он чего ни натворил.

— Я поищу его, когда…

— Поищешь?

— Но сначала я должен поговорить с Фэй Рабинович. У тебя есть ее домашний телефон?

— Где-то был. – Я услышал, как она шарит по ящикам и шелестит бумагой. И представил ее на кухне в загородном доме. Она надевает легкую ночную сорочку и повязывает голову платочком. – Вот он, детка. За что они запрятали тебя в тюрьму?

— Расскажу после, Этта.

— Ладно. Записывай.

Фэй – адвокат, живет в районе биржи «Эксминистер». Исключительно благодаря ей Крысе удалось избежать обвинения в убийстве второй степени. Она – член Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения США. Только бы она согласилась мне помочь!