Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 69 – Виолетта Вейл

— Он жив?

— Умер пять лет назад. Но книги вел сам, другим не позволял подписывать итоговые записи.

Вторая выписка лежала в военном журнале Речного дома. Формулировка отличалась, номер печати совпадал. Третью Бран нашел в книге Черного дома. Там указывалось, что Арден требовал прекратить использование ремонтного рисунка и открыть публичную проверку.

Три записи создавали разные писари, в разных книгах и для разных домов. Ни одна не являлась идеальной копией протокола. Вместе они подтверждали одно: полномочие законно прекратилось семнадцать лет назад, а отец сообщил об этом до ареста.

— Этого достаточно, чтобы оправдать его? — спросила Элина.

— Достаточно доказать отмену печати. Для оправдания нужно показать, что он не менял договор сам.

— Признание изменили.

— Да. Но он скрывал копию и угрожал Палате. Суд разделит эти действия.

Элина закрыла книгу.

— Вы все еще защищаете людей, которые уже умерли, от удобной лжи о них.

— Иначе мы просто заменим версию Северина своей.

Вечером мы работали в маленькой комнате над архивом. Рейнар и Бран ушли проверять номера личного пакета. Элина переписывала три формулировки в одну таблицу.

— Мой отец лишит меня наследования, — сказала она, не поднимая головы.

— Уже сообщил?

— Прислал письмо. Если публично отзову показания, он назовет угрозы ошибкой управляющего и вернет место в совете.

— Вы рассматриваете?

— Рассматриваю последствия отказа. Это не то же самое, что желание согласиться.

Я вспомнила Леона и его вопрос об условиях временного правления.

— После отказа вы потеряете дом?

— Право наследовать. Мои личные деньги и материнская земля останутся. Я не пропаду, если вы об этом.

— Я спрашивала о цене.

— А вы потеряли лицензию из-за своей цены.

— Временно.

— Надеетесь.

Мы продолжили таблицу. Разговор не сделал выбор Элины легче, зато убрал необходимость изображать, что смелость ничего не стоит.

К полуночи правовая реконструкция была готова. Учреждение полномочия подтверждалось военной книгой. Прекращение — тремя независимыми выписками. Дальнейшее использование — налоговой ведомостью, приказами и брачным договором. Пробник Эрика мог связать свежий корпус с исполнителем, а образец сердечника — объяснить, почему копия рисунка получила силу, если их удастся найти.

Перед тем как закрыть книги, я попросила пристава сверить даты изъятия. Во всех трех домах выписки появились в течение одной недели после допроса отца. На каждой стоял собственный входящий номер. Подделать их позже можно было только при участии трех архивов и десятка писарей, часть которых давно умерла.

— Защита скажет, что дома переписывали формулировку из общего источника, — заметил Бран.

— Пусть скажет. Нам важно независимое хранение, а не различие каждого слова. Если исходную формулировку потом изменили в Палате, эти книги сохранили прежний смысл.

Элина нашла в приложении к своей выписке отметку о доставке. Пакет принес не хранитель, а военный курьер полка Торена. Имя курьера повторялось в старом журнале Черного дома.

— Значит, Торен видел сведения Ардена? — спросила она.

— По крайней мере, его канцелярия участвовала в рассылке, — ответила я. — Нельзя утверждать больше.

Рейнар услышал последние слова, когда вошел. Он не потребовал назвать брата тайным союзником отца. Попросил снять заверенную копию отметки и положить рядом с остальными.