Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 66 – Виолетта Вейл

— Ночная стража действительно докладывает, когда вы входите в чужие комнаты?

— Фиксирует перемещение короля между крыльями. После покушения это правило безопасности.

— Значит, запись останется.

— Да. Но доступ к ней ограничен охраной, врачом и судом при расследовании.

— Не уничтожайте ее из-за меня.

— Не собирался.

Так выглядело утро после нашей первой ночи: спор о доступе к журналу и правке дворцового сообщения. Это казалось честнее цветов, присланных без вопроса.

К полудню мы встретились на рабочем заседании. Ада потребовала представить план хранения государственных договоров после суда. Северин еще сохранял контроль над Палатой, поэтому обсуждение проходило в малом зале при представителях трех домов.

Я предложила три экземпляра в разных учреждениях и открытый каталог номеров. Глава Прибрежного дома возразил, что публичный список позволит врагам узнать содержание военных соглашений.

— Каталог может указывать существование документа без закрытого содержания, — сказала я. — Номер, дата, стороны, срок ограничения и судья, который его утвердил. Сейчас документ можно удалить целиком, и никто не узнает, что он был.

— Вы строите систему из-за одного пожара.

— Из-за пожара, вырезанного указа, измененного признания и приказа, который привел людей на мост.

Рейнар поддержал открытый номер, но потребовал оставить короне право закрывать имена действующих пограничных связных.

— На какой срок? — спросила я.

— Пока угроза существует.

— Это не срок.

— Его нельзя предсказать.

— Тогда каждые шесть месяцев суд проверяет основание. Если корона не представляет его, имена открываются.

— За полгода операция может не закончиться.

— Представите основание еще раз.

Мы спорили двадцать минут и остановились на годе для первого ограничения и шестимесячном пересмотре после него. Ночная близость не сделала меня мягче в вопросе его власти. Рейнар, к моему облегчению, не ожидал обратного.

После заседания Ада задержала меня.

— Вы понимаете, что защитник Северина использует личные отношения, чтобы поставить под сомнение ваши решения?

— Понимаю.

— И что приостановленная лицензия не позволяет вам самой подтверждать след на новых документах?

— Понимаю.

— Тогда зачем вы сидите на техническом заседании?

— Потому что право предложить порядок хранения не требует действующей лицензии. Экспертизу пусть делает другой клятвовед.

Ада кивнула.

— Хороший ответ. Запомните его, когда вам предложат доказывать собственную беспристрастность отказом от работы.

Сомнение в моей заинтересованности было законным. Требование исчезнуть из дела целиком — удобным для тех, кто оставался внутри.

Сана принесла список независимых клятвоведов. Трое раньше работали с Палатой, один получал деньги Каменного дома, двое не различали серые составы. Оставалась Лаура Сет из городского суда, которая публично спорила и со мной, и с Северином.

— Значит, подойдет, — сказала я.

— Она не любит тебя.

— Суду не требуется любовь эксперта.

Мы направили имя всем пяти домам и дали срок на мотивированные возражения. Простого «не доверяем» было недостаточно: требовалась связь, способная повлиять на вывод. К вечеру никто не представил такую связь. Лаура получила доступ к контрольным материалам, а я подготовила вопросы, не касаясь реагентов.