Книга Фиалковое сердце Питбуля, страница 87 – Лана Муар

— С добрым утром, мама.

— С добрым, сынуль… я отвлекаю или не вовремя?

— Нет, мамуль, я совершенно свободен, – смотрю на бесформенную лужу желтка вокруг бекона с хлебом, поднимаюсь и отправляю содержимое тарелки в мусорное ведро, а саму тарелку в посудомойку. – Как вчера посидели? Дядя Веня не пытался спорить с отцом?

— Хорошо посидели, но… Назар, у тебя точно все хорошо? У тебя такой странный голос.

— За-ме-ча-тель-но, мам. Все просто замечательно, – поставив сковороду и ковш с водой на плиту, достаю из упаковки два куска хлеба и сую их в тостер. – Не понимаю, чем вызвано твое волнение.

— Как чем? Ты вчера сорвался не пойми куда, не позвонил, а сейчас так разговариваешь… У вас с отцом какие-то секреты? К чему были эти ваши гляделки за столом?

— Никаких секретов, мам. Уехал, потому что меня появились срочные дела, а с отцом мы всегда играем в гляделки. С переменным успехом, – опустив на сковороду ломтики бекона, достаю из холодильника яйцо и аккуратно разбиваю его в небольшую воронку, которую раскрутил предварительно ложкой. – Лучше расскажи, как у тебя на работе.

— Ты… уехал из-за девочки? Эвридика, да? – мама все же спрашивает напрямую, и я улыбаюсь ее внезапной «забывчивости»:

— Если я скажу, что из-за нее, ты перестанешь дёргаться?

— Назар! Я не лезу в твою жизнь, как и в жизнь Арсения, но ты мог бы и сам рассказать матери хоть что-то, чтобы я не дергалась! Почему я знаю о каждой подстилке Арсения, но ни слова не услышу о твоей девушке? – вспыхивает, услышав мой негромкий смех, и выдыхает в трубку с раздражением. – Мог бы приехать и с ней, если она для тебя что-то большее, чем… Ты понял о чём я.

— Зачем, мам?

— Как зачем? Познакомиться.

— А ты считаешь, что уже пришло время для знакомств?

— Господи, я иногда не понимаю в кого ты такой…

— Пятьдесят процентов мамы, пятьдесят процентов папы. Сделано с любовью, – хохоча цитирую принт с футболки одного из малышей, чьими фотографиями увешана стена в кабинете дяди Вени.

— Назар! Тебе смешно, как я посмотрю, а мне ни капли! Другая мать давно бы тебе пропесочила мозг. Хотя бы за Жанну… и даже не пытайся сейчас меня перебить! Потерпишь, не маленький, – мама, словно увидев мой взгляд, осекает меня раньше, чем успею открыть рот. – Разбежались – ваше дело. Даже не спрошу почему…

— Не спрошу, но намекну, что хочу узнать, – шепчу, чтобы мама не услышала.

— … а тут отец заявляет, что у тебя появилась девушка, ты ничего сам не рассказываешь и срываешься на ночь глядя. И после этого ты мне заявляешь, что у меня нет никаких причин для волнений?

— Мама! – рычу, смотря на почерневшие края бекона, и уже не скрывая злости крошу яйцо в ковшике – позавтракал, называется. – Я не маленький мальчик! Познакомлю когда и если посчитаю нужным! Сейчас это, как минимум, слишком преждевременно! А как максимум… Мам, я сам решу! И ещё. Чтобы уж ты точно перестала дёргаться и упрекать меня в том, что я ничего не рассказываю. Я только познакомился с Эвридикой, сходил с ней на одно свидание и продаю дом. Все. Больше никаких секретов и новостей у меня нет.

Выпалив все и наплевав на нормальный завтрак, достаю из холодильника упаковку йогурта и шиплю, закипая по полной – ну как можно сорвать фольгу с упаковки и не обляпаться!? Шикарнейшее утро! Просто идеальное! Смахнув белые капли с домашних брюк, выливаю остывший кофе в раковину и ставлю на поддон кофемашины чистую кружку, уже рыча под нос и не замечая тишины в трубке.