Книга Неверный выбор генерала дракона, страница 80 – Кристина Юраш

«Пошлите слугу за генералом! Пусть он вернется как можно скорее! Берите карету! Остановите его и верните… Скажи, что у нас беда. Невеста!».

Голос мадам Торрен в воспоминаниях Хелен прозвучал ровно.

Он не дрогнул. Вокруг — аромат горячего бергамота и тихий звон ложечки о блюдце. Она даже не плакала. Просто делала глоток из чашки, а взгляд, холодный и расчётливый, скользнул к все еще заплаканной Элинор, застывшей в бархатном кресле напротив.

В общем хаосе воспоминаний, без контекста, эти слова постороннему человеку показались бы бессвязным набором фраз. Хелен, видимо, уловила лишь поверхностный шум, не зная подоплёки. Но я? Я прочитал между строк.

Я услышал скрип кулис.

Через мгновенье я толкнул дверь.

В зале царило приглушённое освещение, отбрасывающее длинные неестественно чёткие тени.

Элинор стояла у каминной полки, рядом с матерью, чья спина была горделиво ровной. А чуть поодаль, оперевшись на трость с потемневшим набалдашником, стоял Венс. Завидев меня, он расплылся в широкой обезоруживающей улыбке.

— Дитер! Рад видеть, что ты… — начал он, делая шаг навстречу.

— Оставь нас, Венс, — перебил я. Голос прозвучал глухо, без эха, отрезая воздух между нами. — Я бы хотел поговорить с невестой и её матушкой. Наедине.

Улыбка Венса дрогнула, но он быстро взял себя в руки. Раньше я думал, что это — очередное увлечение Венса. «Ах, какая девушка! Я от нее без ума!». Этих «без ума» у Венса было столько, что я даже со счету сбился. Но в лавке Хелен стало ясно. Это не просто «без ума». Он действительно любит Элинор. И чувства его серьезны.

Сейчас Венс склонился к Элинор, поцеловал её костяшки. Я уловил жест, отточенный до автоматизма, пахнущий близостью. Венс отошёл, растворяясь в полумраке колонн.

Воздух сгустился. Я сделал несколько шагов, и паркет глухо отозвался под сапогами. Элинор вздохнула, едва заметно качнувшись, будто её держали не ноги, а невидимые нити.

— Как вы себя чувствуете? — спросил я, останавливаясь на безопасном расстоянии.

— Немного слабость… Устала, — прошептала она, опуская взгляд на кружево манжет. В её голосе звучала заученная хрупкость, тщательно выверенная перед зеркалом.

— Интересно, — протянул я, выдерживая паузу, пока каминный огонь отбрасывал пляшущие отблески на наши лица. — Хорошо. Давайте поговорим начистоту. Элинор, милая. Я люблю другую женщину. Даже если мы поженимся, даже если я принесу все клятвы мира, эта любовь никуда не денется. Я буду любить ее.

Она не удивилась. Лишь чуть опустила ресницы, скрывая блеск глаз.

— Я знаю, что вы любите другую. Венс только что сказал мне об этом, — выдохнула Элинор. — Но я уверена, что сумею завоевать ваше сердце. Потому что я буду лучшей женой. Однажды вы это поймёте и оцените.

— А если этого не случится? — мой голос остался ровным, но дракон внутри пошевелился, чувствуя фальшь, липкую, как смола.

— Я уверена, что случится. Я буду очень стараться, — ответила она, и в этом вздохе не было страсти. Только упрямство.

— То есть, ты будешь честной. Ты не будешь изменять. — Я сделал шаг ближе. Она кивнула едва заметно.

— А теперь давай попробуем наш брак. Скажи мне, Элинор, — я остановился, позволяя внутренней тишине стать тяжелее, почти физической. — По поводу представления, которое вы устроили со своей матушкой, чтобы вернуть меня обратно в поместье и заставить чувствовать свою вину. Скажи мне честно, ты ведь пила не жидкость для завивки? Ты сидела в кресле со своей матушкой, когда она потребовала послать карету мне вдогонку? Не так ли?