Книга Кодекс крови, страница 38 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Место преступления было оцеплено полицейскими едва ли не на целый квартал. Все проходы к заднему двору супермаркета перекрывали патрульные. Внутрь они пропускали только тех людей, у кого с собой были документы с соответствующей пропиской. Всем остальным гражданам оставалось только толпиться на тротуарах и возмущаться действиями сотрудников правопорядка.

Однако Гуров успел заметить, что к месту преступления каким-то чудесным образом удалось пробраться нескольким журналистам с телекамерами. Они вели репортажи для своих телеканалов, и стражи порядка почему-то не обращали на них никакого внимания.

Сыщик недовольно поморщился, посмотрел в сторону телекамер, нырнул под заградительную ленту и направился к месту преступления.

Гурову даже не понадобилось пристально всматриваться в труп майора Зименко, чтобы понять, что тут действительно поработал тот же самый преступник, который расправился с двумя другими полицейскими. Следователь, как и предыдущие жертвы, был одет в форму, которую убийца сильно измазал грязью. Впрочем, возможно, что это сделал сам офицер перед смертью, поскольку ладони у него были густо измазаны в той же засохшей жиже.

Вот только на этот раз преступник не стал ни перерезать жертве горло, ни отрубать ей голову. Следов крови ни на трупе, ни рядом с ним видно не было.

Сыщик подошел к микроавтобусу, на котором приехали эксперты, показал удостоверение моложавому капитану, стоявшему возле него, и спросил:

— Можете сказать, от чего умер майор?

— Причина смерти — удар в ухо каким-то металлическим предметом, товарищ полковник, — ответил капитан. — Точнее пока не могу сказать, но это могло быть все, что угодно, начиная от обычного шила, заканчивая шомполом для пистолета или автомата. Оружие прошло сразу в мозг, и майор умер мгновенно. Поэтому и крови почти нет. Только чуть-чуть из ушной раковины вытекло.

— Ясно, — сказал сыщик и спросил: — Труп и место преступления не обыскивали?

— Никак нет, — ответил капитан. — Знали, что пришлют кого-то из главка. Был приказ ни к чему не прикасаться и ждать распоряжений. Что прикажете?

— Сейчас я сам все осмотрю, а потом можете приступать к сбору улик, — ответил Лев Иванович и направился к трупу.

Он сразу заметил пластиковый пакет, торчащий из нагрудного кармана кителя, и распорядился достать его. Внутри находился какой-то белый порошок, похожий на наркотик. Из другого кармана убитого выглядывала рукоятка ножа, который оказался заржавленным и измазанным чем-то бурым. В рот мертвецу был засунут чистый бланк протокола допроса, по-видимому, взятый из папки, лежавшей рядом с трупом. Искать листок с цифрами Гурову и вовсе не пришлось. Он был приклеен ко лбу полицейского скотчем. Цифры вновь были новые: 9.6.1; 10.3.10; 20.3.2. Ведра с грязью и орудия убийства поблизости от трупа вновь не оказалось.

Гуров попросил экспертов снять отпечатки пальцев с папки и листочка с цифрами. Затем он забрал их себе и предоставил специалистам возможность собирать остальные улики.

Теперь для сыщика было совершенно очевидно, что записки с цифрами на трупах оставлял именно убийца. Значит, не было никакой необходимости рыться в личных вещах покойников, подтверждать их склонность к криптографии.

Лев Иванович понимал, что с родней убитого следователя поговорить ему, наверное, все же придется, но это могло подождать. Сейчас было куда важнее пообщаться с коллегами Зименко и покопаться в его делах.