Книга Любовь и долг. Колючка для Капитана, страница 2 – Анастасия Вейл

— Даже таким, как ты, иногда нужно отдыхать, — продолжил тот, ничуть не впечатлившись. — Поэтому собирайся. Мы идём в таверну. — У меня нет на это времени, — глухо отозвался Ченнинг и снова потянулся к папке. Марк тут же прижал её ладонью к столу. — Значит, найдёшь. — На западной границе… — начал Ченнинг, но голос его дрогнул и оборвался. Он устало потёр переносицу, словно даже привычный спор теперь отнимал последние силы. — Граница простоит без тебя пару часов, — вмешался Леон. Он прислонился плечом к стене и скрестил руки на груди. — А вот ты такими темпами скоро рухнешь прямо на эту карту. И нам придётся объяснять солдатам, почему командир гарнизона погиб в неравной схватке с бумагами. Марк усмехнулся — Позорная смерть. Даже песню не сложишь. Ченнинг перевёл тяжёлый взгляд с одного брата на другого. По их лицам было ясно: спорить бесполезно. Если он откажется идти добровольно, эти двое вполне способны вынести его из кабинета силой. Такое уже случалось. Ченнинг прикрыл глаза и шумно выдохнул. Затем с явным усилием поднялся из-за стола и снял со спинки кресла тёмный форменный плащ. — Только один час, — предупредил он хрипловатым от усталости голосом. Марк довольно улыбнулся. — Разумеется. — И никаких неприятностей, — добавил Ченнинг, хотя прозвучало это скорее как обречённая просьба, чем как приказ. — Ты нас оскорбляешь, Рубинчик. — Именно это ты говорил в прошлый раз, — устало напомнил он. — И разве всё закончилось плохо? — Мы сожгли половину таверны, — безжизненно произнёс Ченнинг, застёгивая плащ. — Но вторую половину спасли, — заметил Леон. Ченнинг лишь тяжело вздохнул, не найдя в себе сил продолжать спор. Он бросил последний взгляд на карту и погасил свечи. Красные отметки исчезли во тьме. Но тревожное предчувствие осталось.

Сегодняшнее утро не задалось с самого начала. Небо затянули плотные свинцовые тучи, и сильный снег скрыл за белой пеленой узкую дорогу, тёмные силуэты деревьев и редкие придорожные дома. Старый дилижанс раскачивался на ухабах, недовольно поскрипывая каждым колесом. Ветер швырял в окна колючие снежинки, и казалось, будто сама природа пыталась остановить путников, направлявшихся в западные земли Драковии. Айвира Риэр сидела у окна, закутавшись в простой серый плащ. Капюшон был низко надвинут, полностью закрывая лицо. Со стороны она выглядела обычной молодой девушкой из небогатой семьи — возможно, дочерью торговца или гувернанткой, возвращавшейся домой после долгой службы. Никому из попутчиков и в голову не могло прийти, что рядом с ними ехала лучшая шпионка северных земель. Айвира устало прикрыла глаза, но уснуть не смогла. Дилижанс снова подбросило, и сидевшая напротив пожилая женщина недовольно заворчала, крепче прижимая к себе плетёную корзину. Айви мысленно с ней согласилась. Сейчас она мечтала лишь о горячей еде, ванне и мягкой постели. Желательно именно в таком порядке. Однако до отдыха оставалось ещё несколько часов пути, а настроение портилось с каждой новой выбоиной. Всё началось после ночного дежурства. Айви как раз вернулась в своё служебное помещение и собиралась переодеться, когда на пороге появился молчаливый посыльный в форме королевской канцелярии. Не представившись, он передал ей запечатанное письмо и сразу ушёл. На тёмно-красном воске не было ни герба, ни инициалов отправителя. Только вытесненный знак, который почти никто в Драковии не смог бы распознать: расправленные крылья, пронзённые тонким клинком. Знак тайной службы. На конверте значилось всего одно слово: «Секретно». Послание оказалось коротким. Айвире предписывалось немедленно отправиться в западные земли Драковии, не привлекая внимания, и прибыть в приграничный гарнизон. Причина вызова не называлась. Не было в письме ни подробностей задания, ни предполагаемого срока её отсутствия. Лишь сухой приказ и приписка в самом низу: «О вашем прибытии не должен знать никто». Именно последняя фраза беспокоила её сильнее всего. Айви слишком долго служила короне, чтобы не понимать: подобные слова никогда не писали без веской причины. Новость застала её врасплох. После бессонной ночи она соображала не так быстро, как обычно, но даже в таком состоянии понимала, что не может позволить себе вернуться домой. Если за ней следили, визит в родовое поместье привлёк бы внимание к её семье. Поэтому она не стала сообщать родным о своём отъезде. Айвира оставила короткое письмо у доверенного человека, попросив передать его родителям через несколько дней. В послании не было ни слова о западных землях. Только заверение, что с ней всё хорошо, и заглянуть, как только представится возможность. Айвира родилась на севере, в богатой и знатной семье рубиновых драконов. Род Риэр считался одним из древнейших в Драковии. Его представители служили короне, командовали армиями, охраняли северные рубежи и заседали в королевском совете. Единственной наследнице такого рода полагалось вести себя соответствующим образом.