Книга Любовь не спрашивает. Часть 1, страница 135 – Элен Бергман

— Здесь возьмёте шире, — распоряжался он, указывая на стену. — Кровать передвинуть.

— Слушаюсь, ярл, — почтительно отозвался старший мастер.

— Оконные рамы заменить на двойные. Сделайте так, чтобы не было ни малейшего сквозняка. Все щели законопатить, как в моём драккаре.

Я не успела опомниться, как мимо меня начали выносить мебель. Один за другим из спальни выплывали мои сундуки, за ними потащили тяжёлую скамью и лари с одеждой. В голове воцарилась полная растерянность.

— Что… что здесь происходит? — едва вымолвила я.

Хокон обернулся на звук моего голоса. Его взгляд на мгновение задержался на моём лице, изучая реакцию, после чего он коротко бросил рабочим:

— Продолжайте.

Он обернулся к одному из своих людей:

— Малкольм, остаёшься за старшего. Следи за каждым движением.

— Будет исполнено, ярл! — мужчина вытянулся в струнку.

Подхватив со стола свой тёплый плащ, Хокон направился прямо ко мне.

Я замерла, не в силах сдвинуться с места, пока в голове теснились вопросы. Хокон подошёл вплотную, возвышаясь надо мной, словно скала.

— Мойра, — негромко позвал он.

Я подняла на него взгляд, полный растерянности.

— Да?

Уголки его губ дрогнули в едва заметной, почти неуловимой улыбке.

— Сегодня чудесный день.

— Да?.. — я непонимающе моргнула, всё ещё глядя на суету за его спиной.

— Пойдём, — спокойно продолжил он, не обращая внимания на мой ступор. — Прогуляемся по саду.

— Прямо сейчас? — изумилась я.

— Прямо сейчас. Для ребёнка это пойдёт на пользу.

Прежде чем я успела возразить или спросить о судьбе своих покоев, он аккуратным, почти бережным движением накинул мне на плечи свой плащ. Плотная, прогретая теплом его тела ткань мягко легла на кожу, и я почувствовала, как к щекам приливает жар.

— Идём, — он слегка кивнул в сторону выхода, приглашая следовать за ним.

Я опустила глаза, боясь выдать себя. В груди вдруг так сладко и тревожно затрепетало сердце — точь-в-точь как в детстве. Когда я всё же решилась снова взглянуть на него, то не узнала его взора. Он смотрел на меня ласково, с такой непривычной мягкостью, что у меня перехватило дыхание.

— Пойдём на прогулку, — повторил он вкрадчиво.

И добавил, нежно прищурившись: — Рыбонька моя.

От этого ласкового прозвища по моему телу пробежала дрожь, а смущение захлестнуло с головой.

Но всё же кивнула.

— Хорошо…

Он протянул руку.

И мы вместе вышли из комнат, оставив мастеров за работой.

* * *

В саду царила глубокая, благородная тишина. Ноябрь уже успел сорвать с ветвей почти всё золото листвы, но этот день выдался на редкость ласковым и безветренным. Воздух, кристально чистый и прозрачный, был напоён терпкими ароматами влажной земли и уснувшего леса.

Узкие тропинки вились между тёмными очертаниями кустов и узловатыми старыми яблонями. Под ногами, вторя их неспешному шагу, едва слышно шуршал сухой ковер из опавших листьев. Хокон бережно поддерживал Мойру под руку, и в этой неторопливости чувствовалось их общее желание продлить мгновение хрупкого покоя.

Наконец Хокон нарушил молчание, взглянув на жену с нескрываемым вниманием:

— Как ты себя чувствуешь сегодня, милая?

Мойра ответила ему слабой, но искренней улыбкой.

— Хорошо. Удивительно, но сегодня тошнота совсем отступила.

Она чуть смутилась от такой откровенности и тихо добавила: