Книга Берсерка, страница 137 – Наталья Петренко

Виглаф и Торгрим, дети сурового скалистого Рогаланда, в этот раз оказались смерти не по зубам. Кузнец развел костерок, не дающий дыма, нашел крепкую палку, протянул ее Виглафу.

— Держать, что ли?

Парень кивнул. Его била дрожь.

Торгрим сунул палку Виглафу в зубы. Чуть помедлил, собираясь с духом, потом поднес пылающий сук к окровавленному обрубку.

Клепп, сын Кнута, на свою судьбу отнюдь не жаловался. Ему было хорошо и покойно расти в тени старших братьев-воинов. Староста Кнут не неволил сына: хочешь – ремесло осваивай, хочешь – торговать учись. Клепп, конечно, мечтал податься в викинги, повидать белый свет и вернуться с богатой добычей, но благоразумно помалкивал, а покамест выучился читать и считать. Не получится прибиться к хирду, так, может, какой купец возьмет смышленого парня в помощники, все лучше, чем сидеть на опостылевшем хуторе, закинутом богами на самый край мира. Дальше только Рогаланд.

История с драугром и неведомо откуда взявшейся рыжей валькирией, умеющей ко всему прочему оборачиваться медведицей, захватила воображение Клеппа и его приятелей. Двоих сын старосты подбил на рискованное дело: уйти в лес будто бы на охоту – и добраться до того Рогаланда. Получится сведаться с тамошним ярлом и передать весть о дочери – будет мальчишкам со всех сторон почет и уважение. Не получится, так хоть издали поглядят на Винтерхейм. Себя, опять же, проверят: две седмицы ходу по зимнему лесу – это не для неженок. Сдюжат – значит, быть им воинами и героями. Закадычные дружки Клеппа, рябой Эйд и маленький востроносый Игуль, впрямь похожий на встопорщившегося ежа, тоже хотели быть героями.

Клепп еще потолковал со стариком Ньялом – и нашел в его лице неожиданную поддержку. «Доброе дело затеяли, – пробурчал старый викинг. – Может, из тебя, парень, выйдет толк, раз уж из батюшки не вышел». И присовокупил, что если мальчишки исполнят задуманное и вернутся живыми, то быть им на боевом корабле через несколько лет. Он, Ньял, обещает. Если не помрет к тому времени. Ньял же и научил Клеппа, как не сбиться с пути.

Ступив на дорогу, не всегда знаешь, куда она тебя приведет, что подарит, а что отнимет. Углубившись в лес, мальчишки не забывали оставлять на деревьях памятные знаки на случай, если заблудятся. Страшновато было сидеть ночами у костра в одиночку, карауля сон товарищей. Клепп боялся больше других, потому что он своими глазами видел драугра (чему приятели люто завидовали), и как девка становится диким зверем – тоже видел (но тут уж ему не поверили). А если по лесу бродят еще оборотни и неупокоенные мертвецы?

Клепп чуть было не заорал в голос, когда проснувшийся Игуль неслышно подкрался сзади и положил ему руку на плечо. Нашел время шутки шутить! Клепп взвился на ноги и от души треснул друга по голове. Тот не остался в долгу – опрокинул ловкой подсечкой. И вот уже они покатились по снегу, стремясь подмять один другого. Эйд, засоня, дрых, как у себя дома, все ему было нипочем.

Игуль извернулся и выкрутил Клеппу руку в болезненном захвате. Тот закусил губу, не желая сдаваться так быстро, но приятель вдруг сам его отпустил.

— Ты чего? – фыркнул Клепп. Ему было уже не страшно.

— Вроде идет ктой-то… – шепнул Игуль.

Ребята прислушались. Ночной лес молчал. Клепп подкинул в огонь толстую валежину, приготовил нож и бросил стрелу на тетиву. С десятка шагов она кого хочешь остановит.