Книга Взять измором или наказать сказочника, страница 96 – Ядвига Благосклонная

Облизнулся, глядя как на вкусный десерт, что впору было краснеть. Парень определенно мог бы составить конкуренцию Морозову.

Он уже собирался что-то сказать, но, хмуро взглянув на торт, закатил глаза и пробормотал: «Все лучшее имениннику!»

— Эм… Я…В общем…. — замялась, а сама зыркала в поисках именинника.

Он появился неожиданно со спины, с такими знакомыми словами:

— Малая!

Вздрогнув, обернулась. Илья улыбался на все тридцать два, и едва ли не светился. В нем было столько энергии, что, казалось, он заряжал ею всех присутствующих. Удержаться невозможно. Улыбнулась в ответ.

— Привет, — робко и неуверенно прозвучало из моих уст.

А он, не отличаясь терпеливостью и уж точно стеснением, притянул меня к себе, однако преграда в виде торта не дала мне в полной мере насладиться его объятиями. Илья тут же резко отстранился и посмотрел вниз.

В глазах заплясали смешинки, а рот выдал красноречивое: «О!».

Как научиться растворяться в воздухе? Есть пособие? Боже правый, я была на грани истерики… Сейчас он скажет мне проваливать. Посмеется над наивной Варварой, скажет, что жизнь ничему не учит глупышку и отправит далеко и надолго.

Зажмурилась и поникла, а виновник торжества молчал да только улыбался.

— С Днем Рождения, — рискнула все же подать голос, протягивая торт.

Он принял его бережно, словно самый драгоценность.

— Самый лучший подарок, — притянув к себе, прошептал на ухо, словно говорил нечто интимное. Призначное только для нас.

— Спасибо.

— Не за что, — на выдохе выдавила.

В разы полегчало, а душа ликовала.

— Илюх, а когда тортик-то хавать будем? — сказал незнакомец, а сам смотрел отнюдь не на тортик. Он прожигал дыру во мне. От таких взглядов впору идти отмываться.

— Харитонов, исчезни, — гаркнул, а свою руку положил мне на поясницу, в защитном жесте.

Парень усмехнулся и, подмигнув мне, удалился, а Илья между тем потащил меня к столу с закусками.

— Пиво, вино или что-нибудь покрепче?

— Нет-нет, — отрицательно покачала головой.

— За здоровье? — поднял заманчиво бутылку вина вверх, — или ты не хочешь, чтобы я был здоров?

Он чертов манипулятор. Мне ничего не оставалось сделать, как сдать свои позиции.

Всего один, пообещала я себе, когда взяла бокал.

— Итак, малая, — протянул, отпивая виски, — что ты ответила Кузнецову?

Вопрос был прямо в лоб. Без всяких ужимок. Такой вопрос предполагал такой же прямой ответ. Леха, к слову, еще пару дней за мной таскался, нылся, а когда понял что проку с этого не будет, забил на меня болт.

— А тебе есть до этого дело? — решила подразнить Морозова.

Насколько мне не изменяла память, он нисколько не ревновал, а еще посоветовал ничего не накручивать.

— Варя, — угрожающе рыкнул, будто у него и было на это право, — мне есть дело до тебя.

— Моя личная жиз…

— Твоя личная жизнь, — выделил он слово «личная», — меня касается, хотя бы потому что я обещал твоей маме тебя беречь.

Отвернула голову в сторону, нахмурившись. С каких пор этот сказочник сдерживал свои обещания? Наверняка, это его очередная игра. К тому же, выпивший он. Очи его не были ясными, впрочем, как и разум, судя по таким смелым заявлениям.

— Варя, — сделал шаг ко мне. — Цветочек, — взял за руки, заглядывая в лицо. От прозвища сердечко екнуло, но виду не подала.

— Илюха! Илюха! Греби сюда! — как кто-то завопил, аки свинья резаная. Будто без Морозова весь дом рухнет, в самом деле!