Книга Написано кровью моего сердца, страница 402 – Диана Гэблдон

— Джем. — Она отчетливо различала свой сиплый голос. — Мэнди говорит, что слышит тебя — у себя в голове. А ты… ты слышишь ее? — Брианна шумно сглотнула, и голос зазвучал звонче. — Ты слышишь папу?

Джем хмуро свел рыжие брови.

— Еще бы. А ты разве нет?

* * *

Джем видел, что глубокая морщина, пролегшая вчера вечером меж бровей дяди Джо, так и не исчезла. Он по-прежнему выглядел дружелюбно, кивал Джему, угощал горячим шоколадом, но постоянно смотрел на маму, и морщина становилась все глубже.

Мама делала Мэнди бутерброд с маслом. Кажется, она немного успокоилась, и от этого Джему тоже стало легче. Впервые за долгое время он крепко проспал всю ночь — да и мама, наверное, тоже. А раньше, каким бы уставшим он ни был, постоянно просыпался каждые два часа, прислушиваясь к разным звукам и к дыханию мамы и сестры. В кошмарах ему иногда снилось, что они не дышат.

— Итак, Джем, — сказал дядя Джо. Он отставил в сторону кружку кофе и промокнул губы салфеткой, оставшейся с Хэллоуина — черного цвета, с рисунком из оранжевых тыкв-светильников и белых привидений. — Как… э-э… как далеко ты чувствуешь свою сестру, когда ее нет рядом?

— В смысле? — неуверенно переспросил Джем и глянул на маму. Он об этом даже не задумывался.

— Допустим, ты сейчас пошел бы в гостиную, — кивнул дядя Джо на дверь. — Ты бы смог понять, что она там, даже не зная этого?

— Ага. То есть да, сэр. Думаю, да. — Джем сунул палец в шоколад — еще слишком горячий. — В туннеле, в поезде, я чувствовал, что она… где-то. Не как в кино со всякими рентгенами и акустическими лазерами, — попытался объяснить он. — Просто… — Джем не мог подобрать слова и дернул головой в сторону мамы, которая смотрела на него так серьезно, что это слегка пугало. — Если закрыть глаза, вы ведь все равно будете знать, что мама здесь? Что-то вроде того.

Мама и дядя Джо переглянулись.

— Хочешь тост? — Мэнди сунула ему свой наполовину съеденный бутерброд с маслом. Джем откусил: вкусный и мягкий белый хлеб, а не черный и твердый, как делала мама.

— Если Джем смог услышать — почувствовать, скажем так, сестру — из туннеля, пока она была дома, значит это работает на далеком расстоянии, — сделала вывод мама. — Правда, я не уверена, что в тот момент Мэнди действительно была дома — я повсюду возила ее с собой, когда искала Джема. В ту ночь, в машине, она тоже его ощущала. Но… — Теперь уже мама свела брови, и между ними пролегла морщинка. Джему это не понравилось. — Когда мы ехали к Инвернессу, Мэнди пожаловалась, что ей холодно. Не знаю, что она имела в виду — что совсем его не слышит или…

— В школе я ее не чувствую, — вставил Джем, изо всех сил желая помочь. — Хотя на уроках я о ней просто не думаю.

— А школа далеко от вашего дома? — спросил дядя Джо. — Хочешь печенье, принцесса моя?

— Хочу! — Кругленькое личико его сестры просияло, но Джем смотрел на маму — похоже, она намеревалась пнуть дядю Джо под столом, хотя, глянув на Мэнди, передумала.

— Ладно, — сказала она, и внутри у Джема все задрожало от волнения. Мама рассказывала дяде Джо, где находится школа, только Джем уже не слушал. Они сделают это. Сделают!

Ведь мама позволила бы Мэнди съесть ее любимое печенье «Поп-Тартс» только в одном случае: если бы она больше таких не увидела.