Книга Путешественница, страница 530 – Диана Гэблдон

Взметнувшиеся брови выдали меня.

— Вы знаете его, миссис?

Я не стала вдаваться в подробности и, подхватывая вилкой маринованный грибок, скромно сказала:

— О да, мы встречались несколько раз в Эдинбурге.

— Так вы знаете этого добродетельного человека? Он прибыл сюда с миссией. Что ни говорите, а черные язычники тоже нуждаются в слове Божьем.

Кенни Макивер не разделил воодушевления супруги и фыркнул, изобличая в себе паписта.

— Кенни, ты не мог бы не смеяться? Если ты помнишь, то когда мы женились, родители отреклись от меня, но я пообещала им, что приведу тебя к свету? — Повернувшись в мою сторону, она сказала: — Когда-нибудь это случится, я не теряю надежды. Я принадлежу к Свободной церкви, но муж ни в какую не желает признавать ее святость.

— В загробной жизни, очевидно, — ответствовал мистер Макивер на увещевания супруги брать пример со «святого» преподобного Кэмпбелла, и я была склонна с ним согласиться.

Рози Макивер только фыркнула при виде нераскаявшегося грешника, накладывающего себе джем из вазочки, и продолжила:

— Преподобный очень умен, и все знают его как начитанного человека. Миссис Эбернети обратилась к нему с интересовавшими ее вопросами, еще когда он жил в Шотландии, поэтому он желает увидеться с ней сейчас, однако же я не знаю, захочет ли преподобный появляться в свете после афронта со стороны преподобного Дэвиса и миссис Далримпл, — проговорила она, гордая знакомством с чопорным священником.

Ее муж смотрел на служанку, принесшую новый поднос с едой, с бо́льшим вожделением, чем на чопорную жену, но участие в разговоре принял:

— На преподобного Дэвиса мне плевать, уж не обессудьте. Он витает в облаках и не знает мирской жизни. А Мира Далримпл — рассудительная особа.

— А как миссис Далримпл относится к миссис Эбернети? — Джейми поспешил угомонить супругов и таким образом избежать нехорошей сцены.

Миссис Макивер, обрадованная возможностью поговорить о чем-нибудь более приятном, переключила внимание на Джейми.

— О миссис Эбернети многое говорят, но следует признать, что в Роуз-холле мало кто бывал, вот и распространяют зловредные слухи. Она ведь живет одна да еще среди рабов — как здесь не почесать языками! Вот и появляются досужие сплетни.

— Рози, дело не в рабах, а как раз в том, почему она живет одна, — встрял Макивер, накладывая себе на тарелку радужных рыбок.

Муж миссис Эбернети, Барнаба Эбернети, был шотландцем и купил имение Роуз-холл пять лет тому назад. Он вел торговлю сахаром и кофе, дела шли неплохо, и никто не мог сказать о нем ничего плохого, правда, его личная жизнь одно время стала предметом обсуждения: через три года жизни на острове мистер Эбернети привез жену из деловой поездки на Гваделупу. Это обсуждали, потому что девушку никто не знал, но самым интересным для жителей острова стало другое событие.

— Барнаба умер спустя полгода после женитьбы, — сообщила миссис Макивер.

— Вы хотите сказать, что миссис Эбернети… способствовала этому?

Я не очень верила в эти сплетни: в Вест-Индии было превеликое множество разнообразных паразитов и микробов, угрожавших непривитым европейцам, так что Барнаба Эбернети мог заболеть как обыкновенной малярией, так и экзотической слоновой болезнью. Но то, что он прожил здесь шесть лет и не умер сразу по приезде, давало прекрасную почву для распространения сплетен.