Книга Путешественница, страница 622 – Диана Гэблдон

— Да, мне известно то, что слуги забрали их с корабля, потерпевшего крушение, и доставили на кухню.

— О, мисс, спасибо! Как нам отблагодарить вас за помощь?

Я не знала, замужем ли она, поэтому обратилась «мисс», но немного ошиблась. Девушка, порозовев, представилась:

— Не стоит благодарить, это мелочи, так поступил бы каждый. Помочь несчастным, попавшим в беду, — священный долг. Я должна извиниться за дурные манеры, ведь я не представилась. Я Пэтси Оливер, то есть миссис Жозеф Оливер.

Выжидающий взгляд свидетельствовал о том, что она ждет узнать, с кем имеет дело, кого, собственно говоря, спасла.

Мы с Джейми думали о другом, пытаясь оценить местность, куда нас отнесли волны, поскольку от этого тоже зависела форма нашего представления. Где мы? Миссис Оливер — англичанка, но ее муж — француз. Из этого мы не могли сделать никаких выводов, ибо это могли быть Наветренные острова, какой-либо из них — Барбадос, Багамы или Андрос — или даже Виргинские острова. А если мы на юге, там, где полно британских кораблей, — на Антигуа, Мартинике или Гренадинах?

Джейми поймал мой взгляд и еще сильнее сжал мою ладонь. Миссис Оливер ждала.

— Миссис Оливер, не сочтите за грубость, но не могли бы вы сказать, где мы находимся?

Он задержал дыхание.

Брови девушки взметнулись. Она захлопала глазами, не понимая смысла вопроса.

— Ну-у-у… мы говорим «Жемчужный».

— Да, спасибо, — встряла я, — но нас интересует не местное название. Мы хотели бы знать, что это за остров?

Последние слова я проговорила с расстановкой.

Девушка заулыбалась, что-то сообразив, и ее лицо осветилось широкой улыбкой.

— Теперь я понимаю, — сочувственно вскричала она, — ведь вы не знаете, куда попали! Муж говорит, что такого шторма не было уже очень давно, по крайней мере в это время года таких не бывает. Как хорошо, что вы живы, как я рада! Вас, должно быть, занесло с южных островов?

Каких южных островов? Это ведь не Куба? Не может быть, чтобы мы попали в Сент-Томас или во Флориду.

Рука Джейми вспотела. Мы быстро переглянулись, еще не веря своему счастью.

Миссис Оливер снисходительно отнеслась к нашему неведению и гордо заявила:

— Мои милые, это никакой не остров, а самый настоящий материк, колония Джорджия.

— Как? — ошеломленно спросил Джейми. — Это что, Америка?

Я была удивлена не меньше его: мы преодолели шестьсот миль!

— Это Америка. Новый Свет.

Сейчас эти слова звучали для меня совсем иначе, чем всегда.

Пульс Джейми лихорадочно забился, а мой собственный вторил ему.

Это был Новый Свет. Новая жизнь. Убежище. Свобода.

— Ага, — просто подтвердила миссис Оливер, отнеся нашу дикую радость на счет радости спасения и не зная, что мы нашли вожделенное пристанище. — Да, это Америка, материк.

Джейми распрямил грудь и тоже заулыбался. Ветер играл его волосами, даря диковинное ощущение свободы и уверенности. Мой муж был похож на бога с огненными волосами.

— Разрешите представиться, мэм: Джейми Фрэзер.

Глаза его сияли торжеством, и неясно было, он ли повторяет небесную лазурь, небо ли повторяет голубизну его глаз.

— А это Клэр. Моя жена.

Автор выражает глубочайшую благодарность всем тем, кто так или иначе помогал создавать данную книгу, а именно:

Джеки Кантор, изумительному редактору того редчайшего образца, который считает, что «хорошей книги должно быть много»; моему мужу Дагу Уоткинсу за литературную наблюдательность и язвительные комментарии на полях («Снова о сосках!»), а еще за шуточки, которыми я (как он полагает) воспользовалась, изображая характер Джеймса Фрэзера. Моей старшей дочке Лауре, сказавшей буквально такое: «Если тебя, упаси бог, снова пригласят в класс на «встречу с писателем», пожалуйста, говори о литературе, потому что о том, какой у кита пенис, мы уже слышали»; моему сыну Сэмюэлю, пристающему к гуляющим в парке со словами «У тебя есть мамина книжка?», и младшей дочурке Дженни, часто повторяющей: «Мамочка, отчего ты не всегда так красива, как тогда, когда тебя фотографируют на обложку?» Маргарет Дж. Кэмпбелл, ученой, Барри Фодгену, английскому поэту, и Пинденсу Синоле Олерозо Ловентону, активисту Гринписа, и Людовику, собаке, — всем им я благодарна за то, что они позволили приписать свои черты героям моей книги. (Следует сказать, что мистер Пинденс просил сказать особо о том, что его пес Людо не выказывал намерения вступить в половую связь с чьей-либо ногой, хоть деревянной, хоть настоящей, но признает за мной право на вымысел, если он обусловлен концепцией образа.) Сердечная благодарность Пери Нолутону, талантливому литературному агенту и человеку, который разбирается в таких тонкостях, как различия между швартовами, рангоутами, стакселями, а также во французской грамматике и правильном способе свежевания оленей. Роберту Райфлу, знатоку в области ботаники, предоставившему мне сведения о растительности островов Карибского моря. Кэтрин (Бойл или Фрай, к сожалению, не могу вспомнить) за ее рассказы о течении тропических болезней и, конечно, за описание процессов жизнедеятельности червей лоа-лоа. Майклу Ли Уэсту, описавшему Ямайку со всеми подробностями, в том числе особенностями местного диалекта и фольклорными сценами. Доктору Малуну Уэсту, передавшему мне симптомы брюшного тифа. Уильяму Кроссу, Полу Блоку (и его отцу), Кристине Ву (и ее родителям) за бесценные подсказки насчет традиций, культуры и языка Китая. Моему свекру, мистеру Уоткинсу, знатоку лошадиных статей и повадок. Пегги Линч, пожелавшей узнать, как бы Джейми отнесся к тому, что его дочь могла носить бикини. Люси Бачан, поведавшей историю своего предка, которому посчастливилось спастись после Каллодена. Доктору Грею Холлу, без чьей помощи я не написала бы так подробно о медицинской деятельности Клэр. Брату Захарии, критиковавшему меня за ланчем. Сью Смайли, предложившей добавить описание клятвы на крови. Дэвиду Пиджавке, знающему, как пахнет воздух на Карибах после урагана с ливнем. Эуону Маккинону Тейлору и его брату Кинону Тейлору, помогавшим мне в нелегком деле изучения гэльского языка, в частности правописания и использования терминов, и, в конце концов, многочисленным завсегдатаям компьютерного литературного форума, в том числе Джанет Макконнаги, Марте Бренгл, Акуа Лесли Хоуп, Джону Л. Майерсу, Джону Э.

Симпсону-мл., Шерил Смит, Алит, Норману Шиммелю, Уолтеру Гауну, Карен Першинг, Маргарет Болл, Полу Солину, Диане Энджел, Дэвиду Хейфицу и многим-многим другим, кто заинтересовался моей книгой, оживленно обсуждал ее и смеялся там, где это было уместно.