Книга Брошенная невеста. Обманутая жена, страница 44 – Кристина Юраш

Дверь бесшумно отворилась. Нора вошла с большим серебряным подносом.

Пар от чайника поднимался тонкой струйкой, смешиваясь с утренним светом, пробившимся сквозь край шторы. На подносе стояла фарфоровая чашка с золотой каймой, теплые булочки, масло в хрустальной масленке и крошечный букетик белых колокольчиков в стеклянной вазе.

— Доброе утро, ваша светлость, — произнесла она, ставя поднос на столик у кровати.

Я села, потирая виски. Голова все еще гудела, но тяжесть вчерашнего дня казалась чуть менее давящей.

— Доброе...

Нора замерла. Ее взгляд, обычно спокойный и сосредоточенный, вдруг расширился. Она сделала шаг назад, затем вперед, склонив голову набок.

— Батюшки...

Моя рука сама взлетела к голове. Пальцы коснулись кожи — шершавой, непривычной.

— Что случилось? — насторожилась я, чувствуя, как внутри снова начинает подниматься холодная волна паники. Неужели я выгляжу еще хуже, чем вчера?

Нора всплеснула руками, но не в ужасе, а в восхищении.

— Волосы! Посмотрите!

Она засуетилась в поисках ручного зеркала, но я ее опередила.

Я почти слетела с кровати, забыв о приличиях, и бросилась к высокому зеркалу в позолоченной раме. Отражение было размытым, сонным, но я увидела то, что заставило меня замереть.

Там, где сквозь волосы просвечивала кожа, я видела волосы. Они отросли почти на толщину пальца! Это было невероятно! Я зажала волосы, чувствуя, как внутри все радуется и скачет, как ребенок.

— Нора... — выдохнула я, не веря своим глазам.

— Я же говорила! — просияла горничная, подходя ближе. — Средство работает! И как работает! Хорошие горничные знают много средств!

Она сказала это с гордостью, намекая на то, что она — хорошая горничная. В этом я уже не сомневалась!

— Они выросли...

— И очень хорошо. Почти на сантиметр за ночь. Это редкость даже для магических зелий, а тут обычная алхимия высшего сорта.

Я повернула голову, рассматривая себя с разных сторон. Впервые за последние двое суток угол моих губ дрогнул. Не в улыбке, нет. Но в предвкушении.

— Такими темпами... — начала я, и смех, тихий и неуверенный, вырвался наружу. — Такими темпами через неделю меня действительно можно будет показать людям без парика.

— Конечно, можно, — кивнула Нора, уже доставая тот самый темный флакон. — Давайте закрепим эффект.

Я скривилась, вспоминая вчерашнее жжение.

— Опять будет печь? — спросила я, понимая, что соглашусь.

— Будет. Но терпимо, — вздохнула Нора, доставая из кармана флакон.

— Тогда давайте.

Она капнула несколько капель прозрачной жидкости мне на макушку.

— Ай! — шепнула я, когда холод сменился резким жаром. Такое чувство, словно мне голову поливают кипятком, а сверху сыплют перцем.

— Терпите, ваша светлость. Это значит, кровь приливает к луковицам.

Нора старательно втирала средство в мою голову, а у меня на глазах выступили слезы.

— Терплю... — процедила я сквозь зубы.

Жжение быстро разлилось по всей голове, превращаясь в тысячу мелких уколов. Нора массировала кожу кончиками пальцев, уверенно и ритмично.

— Очень дорогое зелье, — сказала она с заметной гордостью. — Его не в каждой аптеке купишь. Мастер сам варит. У каждой хорошей горничной должно быть такое средство!

— Зато теперь я понимаю, почему оно так действует, — пробормотала я, глядя на свое отражение.