Онлайн книга «Елизавета, у нас отмена!»
|
Новый вице-канцлер и граф Российской империи благоговейно припал губами к руке императрицы. В эту секунду Маша приобрела самого преданного, самого зубастого и беспощадного дипломатического бульдога XVIII века, который готов был перегрызть глотку всей Европе за процветание торгового дома «Анна II». — Будет исполнено, матушка-императрица! — выдохнул Бестужев-Рюмин, в глазах которого уже горел огонь предстоящих дипломатических баталий. — Сегодня же ночью приму дела в Коллегии! Ни один европейский двор ни копейки лишней на нашей таможне не выгадает! — Вот и чудно! — кивнула Маша. — А по пути в Коллегию зайди к моему мужу, Антону Ульриху. Передай ему привет от «бироновского пса» и скажи, чтобы он не отвлекался от проверки драгунских пуговиц. Надо же приучать совет директоров к эффективной кадровой ротации! Глава 42 ГЛАВА 42.КАСТИНГ В ОТДЕЛ ПО СВЯЗЯМ С ОБЩЕСТВЕННОСТЬЮ И ФОРМИРОВАНИЕ ПУЛА ПОДРУЖЕК К середине осени 1742 года, когда государственная машина работала как отлаженный кассовый аппарат, а бесперебойные поставки инкерманского камня и списание балтийского гнилья вошли в рутину, Анне стало откровенно скучно. В Люберцах, даже в самые тяжелые недели квартальной инвентаризации, у Маши всегда была отдушина: можно было попить чаю в подсобке с девчонками-товароведами, обсудить непутевых мужей, новые стрижки и распродажи. А в Зимнем дворце она оказалась в абсолютном вакууме. Вокруг суетились либо седые министры в париках, либо суровые гвардейцы Миниха, либо бесшумные «карликовые Штирлицы», от внимательных глаз которых даже чай спокойно не попьешь. Супруг Антон Ульрих, целиком поглощенный проверкой драгунских пуговиц и выбором бриллиантов, на роль душевной подружки категорически не тянул. Генеральный директор поняла, что предприятию срочно требуется обновление корпоративной культуры. Она вызвала Лёвенвольде — министра двора и главного завхоза империи. Граф явился незамедлительно, благоухая лавандой и нервно пожимая кружевными манжетами: после истории с переводом штатных шутов в службу безопасности он ждал от молодой хозяйки любых кадровых сюрпризов. — Рейнгольд Густав, — тоскливо протянула Маша, отодвигая стопку ведомостей по закупке овса. — Скука в центральном офисе смертная. Я на этот напудренный серпентарий в приемной смотреть уже не могу. Давай сюда штатное расписание и списки дворянских семей империи. Будем проводить набор в отдел по связям с общественностью. — В какой отдел-с, Ваше Императорское Величество? — растерялся обер-гофмаршал. — В штат придворных фрейлин! — пояснила Маша. Маша водила пальцем по толстой бархатной книге, где значились тысячи знатных фамилий от Смоленска до Тобольска, и отметала старую аристократию: — Так, этих спесивых племянниц мы не берем, у них гонора больше, чем у их дядей-сенаторов. Мне нужна свежая кровь! Вызывай в Петербург молодых, незамужних девиц из хороших, крепких, но не избалованных столичной роскошью дворянских семей. Возраст — от семнадцати до двадцати трех лет. Грамотных, симпатичных, с адекватным восприятием реальности. — Сколько единиц персонала прикажете штатно утвердить? Десять? Двадцать? — судорожно записывал Лёвенвольде. — Вызывай человек сто, — отрезала Маша. — Сама им кастинг устрою! Тетушка с карликами развлекалась, а я женщина молодая, мне подружки нужны. |