Книга Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1, страница 155 – Юй Сы

— Амитабха, прошу шицзуня^[110] извинить этого заклинателя за неуместное любопытство. – Цин Юйдунь сложил руки перед собой и поклонился монаху.

— Садись. – Монах на мгновение вскинул на него глаза, но тут же их опустил, кивая на такую же циновку для молитв перед собой.

Цин Юйдунь безропотно уселся и положил руки на колени. Между ним и монахом оставалось некоторое расстояние, где стояли поющая чаша с колотушкой и гадательные кости. Некоторое время они молчали, не двигаясь. Монах перебирал четки, низко опустив голову, будто молился, а Цин Юйдунь считал невежливым его прерывать, поэтому просто замер и ждал. Как даосский заклинатель, он редко сталкивался с буддийскими монахами и еще реже бывал в их храмах.

Затянувшееся молчание заставило кота, который пробрался через окно и замер в тени статуи, изнывать от нетерпения. Что этот лысый осел задумал? Почему Цзисюань просто сидит с ним? Он вышел ночью, чтобы посидеть с монахом и поболтать по душам? Что за глупости!

Через некоторое время монах отложил четки и поднял глаза.

— Этот старый монах специально привел тебя сюда, – сказал он.

Цин Юйдунь слегка приподнял брови и вопросительно на него уставился.

— Благословенный просил меня помочь тебе с душой, – продолжил монах, не моргнув глазом.

— Душой? – Брови Цин Юйдуня взметнулись еще выше. О проблеме с его душой было известно всего четырем людям. Откуда этот незнакомый монах мог знать что-то? Да и странно слышать подобное от следующего буддизму – ведь Шакьямуни учил, что у человека нет души^[111].

— У тебя не хватает одной души хунь. – Глаза монаха переместились на грудь заклинателя, будто могли увидеть его нутро.

— Откуда вы… – Неожиданное заявление старика заставило Цин Юйдуня несколько растеряться.

— Всеведущий сообщил мне, – со всей серьезностью перебил его монах, наконец прямо глядя на него. В его глазах старейшина Цунчжэ видел непререкаемую уверенность в своих словах и… какую-то эмоцию, которую он мог охарактеризовать только как… печаль? Почему монах печалился о неполноте его души? – Ты знал об этом?

— Знал, – не скрываясь, кивнул Цзисюань.

Монах еле слышно вздохнул и скосил глаза на статую Будды. Кот, прекрасно слышавший каждую фразу, примерз к месту. Неполная душа? Его хозяин… что произошло с его душами хунь? Почему не хватает одной? Это открытие потрясло его до такой степени, что ему захотелось выйти из своего укрытия и хорошенько встряхнуть этого лысого монаха, чтобы тот не темнил, а говорил прямо!

— Ты знаешь почему? – спросил старик, медленно проводя колотушкой по краю чаши. Та тихо запела – пронзительно, грустно.

— Не знаю, – отозвался Цин Юйдунь. Причину не знал ни он, ни его Учитель. Что-то явно случилось – ведь что-то раскололо его душу. Было ли это в этой жизни или в прошлой, потерялась ли его душа хунь при перерождении, или же Янь-ван^[112] попросту выпустил неполную душу в мир живых, никто не ведал.

— Ты знаешь про восемь страданий бытия?^[113] – Неожиданно пение чаши прервалось, и монах снова поднял на старейшину глаза.

Цин Юйдунь медленно качнул головой. Он не очень хорошо разбирался в буддизме, но про это слышал.

— Рождение, старость, болезнь, смерть, разлука с любимым человеком, встреча с ненавистным, невозможность достижения цели, душевные и физические страдания от пяти скандх^[114].