Книга Немезида ночного ангела, страница 488 – Брент Уикс

Несколько секунд никто не двигается. Никто не хочет быть первым. Фаэна опускает голову и, продолжая идти, выходит у меня из-за спины. Я уже вижу – нужно, чтобы всего один преторианец поднял свой тренировочный меч и сказал товарищу: «Ну что, продолжим?» И тогда они станут тренироваться дальше, будто бы ничего и не видели.

Всего один, и у этого кошмара может быть счастливый конец.

Но затем с лестницы доносится бряцанье оружия и суматошный топот – это погнавшиеся за нами солдаты; им осталось пробежать еще несколько пролетов, однако они приближаются и вот-вот будут здесь. Я вздрагиваю, а следом за мной вздрагивают все остальные.

Едва сверху доносится шум, магия рассеивается. Я вижу, как полдюжины преторианцев, что стоят ближе всего к лестнице, выходят из оцепенения. Вид у них виноватый. Нет, вы представляете, они стыдятся того, что собирались поступить правильно!

Фаэна бросается к двери. Ей не успеть. Это ведь не безмозглые портовые стражники.

— Стоять! – кричит кто-то.

На моих глазах все преторианцы хватаются за оружие. Моя правая рука ложится на точку опоры посередине клинка.

Больше нас не предупреждают. За толпой магов-воителей я вижу, как лучник растягивается и находит цель. Он не медлит, не сомневается. Стрела вылетает из лука.

Я рублю по ней плашмя, зная, что шансов сбить стрелу в полете – тысяча к одному…

…И промахиваюсь. Клинок пролетает мимо, но не за, а перед ней.

Стрела ударяет Фаэну в живот.

Нет, не в живот. Она попадает в ребенка.

А затем отскакивает и со стуком врезается в переборку.

Фаэна замирает всего в шаге от двери, на ее лице написан ужас.

Я стою к стреле ближе всех, и, когда теряю от замаха равновесие, мой взгляд падает на нее. Это тренировочная стрела, и в полете она замедлилась из-за тряпки, толсто намотанной вместо наконечника.

Ребенок, возможно, в порядке.

— Стоять! Следующая стрела будет настоящей! – кричит лучник.

Рука Фаэны уже лежит на одном из трех больших замков. Она замирает.

Повсюду обнажаются клинки, в руках вспыхивает магия, мужчины и женщины спешат окружить нас. Я и один ни за что бы не справился с такой ратью… а вы говорите, что мне еще нужно защитить Фаэну и ребенка?

Это невозможно.

Меня захлестывает полнейшее отчаяние, которое обрывается лишь благодаря одному звуку…

Благодаря плачу ребенка, который неожиданно проснулся от того, что его больно ударили во сне.

Все потрясены, но никто не останавливается; те, кто надвигался на нас, продолжают надвигаться, просто медленнее. Фаэна стаскивает плащ через голову, откидывает его в сторону, и все видят ребенка, накрепко привязанного к ее груди. Дрожа, Фаэна начинает негромко напевать, пытаясь, невзирая на собственный страх, успокоить дитя.

— Не стреляйте! Это младенец! – кричит одна из женщин-преторианцев.

— Младенец короля! Это младенец короля! Не стрелять! – орет кто-то еще.

Смысл слов доходит до всех остальных через несколько секунд, но, чтобы осознать их серьезность, времени нужно больше. Преторианцы осмысливают эту новость, не прекращая попыток нас остановить.

Когда осмыслят, я буду готов.

— Дверь! – кричу я Фаэне, которая все еще пытается успокоить малыша. Затем делаю выпад в сторону ближайшего гвардейца. Тот не успевает даже попытаться отразить мой укол, и меч Ибекса протыкает в его тренировочном дублете аккуратную дырку.