Книга Чудесные механизмы, страница 253 – Цинхань Цэцэ

А-Нань, откинувшись на спинку стула, с безразличным видом потирала кончики пальцев и слегка приподняла бровь, словно ничего не знала о том, как Лоувань пришел той ночью к ее дому. Чжу Юйхэн повернулся и, уставившись на Гэ Чжию, сказал:

— Увы, Лоувань не знал, что этот его поступок принесет смерть ему и Пиннян!

— Господин, бездоказательные утверждения я не могу принять, – наконец заговорила Гэ Чжия, голос ее был тих и подавлен. – Возможно, некая Пиннян и прислуживала мне более двадцати лет назад, но я уже давно ее забыла, и когда она мыла мне руки, я тоже не вспомнила, кто она. Что касается ее мужа, который якобы вымогал у меня что-то – это чистейший вымысел.

— Тогда чье тело было найдено на почтовой станции Ханчжоу, якобы принадлежавшее сгоревшему Бянь Цуньаню?

— Возможно, это был мелкий воришка, а может, уборщик со станции. Я ведь к тому моменту уже ушла, мне откуда знать, кто был в моей комнате?

— Но служащие станции подтвердили, что видели, как ты вызывала аномалии в своей комнате. Скажи, если бы ты собиралась уйти, зачем тебе было призывать гром и молнию? Очевидно, ты хотела расправиться с другим человеком в комнате, и этим человеком, естественно, был Лоувань, пришедший к тебе. – Чжу Юйхэн, говоря это, взял протокол допроса со станции и швырнул его перед Гэ Чжией. – Можешь внимательно ознакомиться с записями с почтовой станции. Все входящие и выходящие на станции заносились в протокол, в тот день кроме тебя там размещались воины из Отряда чудесных механизмов, и среди них не было низкорослых. А среди посторонних низкорослым и схожим с тобой по комплекции был только Лоувань, принесший персики. То есть, кроме него, некому было стать тем обугленным телом в твоей комнате!

Гэ Чжия взглянула на лежащий перед ней протокол и, опустив голову, сказала:

— Но здесь же есть запись о том, что тот мужчина вышел со станции. Если он действительно умер в моей комнате, то кто же тогда вышел? Его дух?

— Действительно, Лоувань вечером вернулся домой и даже отдал жене деньги, но не медные монеты и не кусочки серебра, а пачку свидетельств на серебро, – еще холоднее произнес Чжу Юйхэн, видя, насколько сильно она защищается, даже сейчас упорно отрицая вину. – Пачку свидетельств на серебро, промокшую от воды.

Выражение лица Гэ Чжии слегка исказилось, она сжала губы.

— Разве не странно, что простой лодочник низшего сословия приносит домой сверток банкнот, да еще и мокрый? – ледяным взглядом уставился на нее Чжу Юйхэн, говоря четко и ясно. – Пока мы не обнаружили на уцелевших банкнотах следы пепла от «Мгновенного воска» – вещества, разработанного семьей Гэ, способ изготовления которого записан в вашей семейной книге «Безыскусные рецепты Сюаня»!

Лицо Гэ Чжии наконец изменилось, она пошевелила губами, но в конце концов не смогла ничего сказать в свое оправдание.

— «Мгновенный воск» необходимо хранить в холодной воде, стоит ему лишь немного соприкоснуться с теплом, как он самовоспламеняется. А способ нанесения его на промокшие банкноты был еще более коварным. – Голос Чжу Юйхэна слегка повысился, он говорил строго. – В тишине ночи Пиннян, сонная, встала и на ощупь в темноте открыла дверь, увидела человека примерно такого же телосложения, в одежде мужа и, естественно, подумала, что это он вернулся домой. Но «он» лишь отдал сверток мокрых банкнот и ушел, в такой ситуации любой нормальный человек не смог бы спокойно заснуть, вот и Пиннян тоже. Она могла сделать лишь то, что сделал бы на ее месте любой нормальный человек – зажечь светильник, чтобы высушить мокрые банкноты.