Книга Ещё не совсем мертва, страница 10 – Холли Джексон

Она знала, почему оказалась здесь. Она помнила. Перед глазами всё плыло, но мысли были ясными.

Кто-то пытался её убить. Проломил ей голову. Хруст тыквенного печенья и собственного черепа, а еще тот странный крик собаки. Но Джет была всё еще здесь. Она дышала — и даже глубоко вдохнула, просто чтобы проверить. Всё это было по-настоящему. Она снова моргнула, удостоверяясь: вот её тело, две руки, две ноги, которые двигались по её приказу. И голова у неё точно была, раз она видела, слышала и дышала ею.

Она жива.

Она выжила.

Черт возьми.

Спасибо, спасибо, спасибо.

— Джет.

Лицо мамы теперь стало четким, оно находилось в паре сантиметров от её собственного.

— Врач сейчас придет. Она тебе всё объяснит, и ты должна внимательно слушать, хорошо? Это очень важно. Они ничего не предпримут, пока ты сама не решишь. Ты поймешь, какой выбор будет правильным, милая.

Мама потянулась, чтобы погладить Джет по волосам, но её рука замерла.

— Прости, я забыла.

— Веду её! — В палату, запыхавшись, влетел Люк — так, будто бежал всю дорогу. — Привет, Мардж, — негромко сказал он. На Люка это совсем не походило. — Ты как?

— Немного голова побаливает, — Джет улыбнулась.

Никто из них не решался встретиться с ней взглядом. Да ладно вам, она же просто пыталась разрядить обстановку. Она ведь жива!

Дверь снова распахнулась. Вошла невысокая темнокожая женщина с заплетенными в косы волосами, сжимая в руках папку. Она тоже не улыбалась. Женщина откашлялась, переводя взгляд на кровать.

— Рада видеть, что вы очнулись. Ваши родные сказали, что вы предпочитаете, чтобы вас называли Джет, — произнесла она. — Я доктор Ли.

Джет не знала, что ответить. «Приятно познакомиться»? Почему у всех такие чертовски несчастные лица? Она жива, она проснулась.

— Можно мне? — Доктор Ли подошла ближе и достала из кармана белого халата фонарик-ручку.

Очевидно, «можно», потому что она уже вовсю светила Джет в глаза. Сначала в один, потом в другой. Свет погас.

— Сколько вы ей уже рассказали? — Врач повернулась к матери Джет.

— Ничего, — Дайан отступила назад. — Мы ждали вас.

— Ребят, всё нормально, — Джет шмыгнула носом. — Я и так в курсе. Я всё помню. Кто-то ударил меня по затылку. Пытался убить.

Повисла тишина.

— И не слишком-то преуспел в этом, — добавила Джет и для пущего эффекта сделала «джазовые ручки»^[8].

Папа прижал ладонь ко рту, сдерживая рыдания. Тихая слеза скатилась по его костяшкам.

— Мистер Мейсон, пожалуйста, — произнесла доктор Ли, пододвигая стул, чтобы сесть рядом с кроватью. — Джет. Я нейрохирург. Вы находитесь в Медицинском центре Дартмут-Хичкок.

— Как давно я здесь? — спросила Джет. — Какой сегодня день?

«Какой день или какой вообще год? — подумала она. — Черт — неужели она проспала гораздо дольше, чем думала? О боже, вдруг она в коме уже много лет — не поэтому ли все ведут себя так странно? Ей ведь еще не стукнуло тридцать? Столько потерянного времени...».

— Сегодня воскресенье, — ответила доктор Ли. Её голос звучал успокаивающе, реагируя на панику в глазах Джет. — Сейчас два часа дня. Вы здесь около тридцати шести часов.

— Ну и слава богу, черт возьми, — выдохнула она. — Какое облегчение. А я-то думала, что уже состарилась.

Отец отвернулся к стене.

— Джет, когда вас доставили в приемный покой, вы были в тяжелом состоянии, — продолжила доктор Ли, теребя края папки. — При поступлении ваше состояние оценивалось в восемь баллов по Шкале комы Глазго^[9]. Вы были без сознания, потребовалась интубация. Вскоре после этого из-за кровопотери произошла остановка сердца. Нам удалось стабилизировать ваше состояние и отправить вас в операционную. У вас была субдуральная гематома с левой стороны — вот здесь, под повязкой. Это означает скопление крови на поверхности мозга. Мы удалили кровь, и серьезных травм самого мозга на первый взгляд не обнаружилось. Но мы полагаем, что вам нанесли три удара. Один в левую часть головы и два в затылок, ближе к основанию черепа.