Книга Таинственный незнакомец, страница 98 – Лиза Клейпас

Но по его взгляду она поняла, что Рэнсом ей не верит. Свет в его глазах померк, когда он тихим шепотом попросил:

— Скажи, что любишь меня.

В голове стрелой пронеслись слова: «Я люблю тебя. Ты мне нужен. Ради бога, не покидай меня…» А вдруг, сказав это, она позволит ему уйти? Словно даст разрешение мирно умереть, вместо того чтобы сражаться за свою жизнь?

— Позже, – мягко проговорила Гаррет. – Когда придешь в себя после операции, я тебе это скажу.

К тому времени, когда приехал доктор Хевлок, Этана уже уложили на стол из массивного дуба. Уэст Рейвенел и три лакея, приложив немало усилий, перенесли его со всей осторожностью, чтобы избежать смещения осколков костей или частиц свинца и не допустить еще каких-нибудь осложнений. Этан погрузился в сон, время от времени прерываемый стонами и нечленораздельными восклицаниями.

С помощью Кэтлин Гаррет протерла его с головы до ног дезинфицирующим раствором и выбрила участок вокруг раны, приготовив таким образом к операции. На бедра ему положили полотенце, а сверху накрыли чистыми хлопчатобумажными простынями. Бледность кожи создавала иллюзию совершенного тела, вырезанного их холодного мрамора и отполированного до атласного блеска.

Видеть мужчину, у которого всегда было отменное здоровье, доведенным до такого состояния, было страшно. Морфий подействовал, но Этан все равно страдал от боли, и это было заметно. Гаррет не осмелилась дать ему еще одну дозу из-за низкого давления.

Никогда еще она не испытывала такого облегчения, как в тот момент, когда приехал Хевлок. Само его присутствие придавало ей веры в то, что вместе они сумеют спасти Этана. Копна седых волос доктора была причесана наспех, щеки и подбородок мерцали серебром от отросшей за день щетины. Он спокойно и уверенно осмотрел Этана, что-то ласково приговаривая в ответ на бессвязное бормотание раненого.

Когда Хевлок закончил осмотр, Гаррет отвела его в дальний конец библиотеки, чтобы обсудить положение дел наедине.

— Он на грани коллапса кровеносной системы, – мрачно заметил коллега. – Вряд ли кто способен выдержать такую обильную потерю крови. Пуля пробила левую грудную мышцу. Меня не удивит, если и артерия перебита.

— Я как раз подумала об этом… Но в таком случае фатальный конец был бы мгновенным. Почему кровотечение прекратилось? Если бы кровь проникала в грудную полость, легкие перестали бы работать, но этого нет.

— Возможно, произошла временная закупорка артерии.

— Если я перевяжу поврежденную артерию, хватит ли крови для снабжения руки?

— Да, существует ведь дополнительное кровообращение. Но я не советовал бы этого делать.

— Тогда что бы вы посоветовали?

Хевлок бросил на нее долгий взгляд, полный сочувствия.

— Уложи беднягу как можно удобнее и дай ему умереть в мире.

Его слова были как пощечина.

— Что? – изумилась Гаррет. – Я собираюсь спасти его.

— Ты не сможешь. Этот человек подвергся такому уровню бактериального заражения внутри и снаружи, что нет никакой надежды. Считать, что ему показана хирургическая операция, это прихоть и эгоизм. Если нам удастся отсрочить его смерть на день или два, он пройдет через немыслимые мучения. Все его тело изрешетит сепсис, пока не откажут все органы. Я не собираюсь взваливать это на свою совесть и тебе не советую.