Книга Таинственный незнакомец, страница 96 – Лиза Клейпас

Поставив саквояж на пол, Гаррет опустилась на колени рядом с диваном и взяла руку Этана. Пульс едва прощупывался, а вены сделались бесцветными и плоскими. О боже! Он потерял слишком много крови. Что бы она ни предприняла, это его убьет.

Этан слегка вздрогнул от ее прикосновения. Густые ресницы затрепетали, вспыхнули неземной синевы глаза. Дезориентированный взгляд с трудом сосредоточился на ее лице. На губах появилась слабая улыбка.

— Гаррет. Мое время… истекает.

— Чушь! – решительно остановила она его. – Очень скоро я верну тебя в нормальное состояние.

Гаррет попыталась стянуть с него одеяло, но Рэнсом остановил ее, схватив за руку своей большой холодной ладонью.

— Я умираю, любимая, – услышала она его шепот.

Эти слова потрясли ее, как никакие другие. Словно со стороны, она услышала свой четкий ответ:

— Давай все-таки диагнозы буду ставить я.

Он переплел ее пальцы со своими.

— Гаррет…

Свободной рукой она спустила одеяло и стала рассматривать рану. Круглое отверстие было на удивление аккуратным и маленьким. Учитывая эластичность кожи, пуля была явно большего размера, чем диаметр отверстия.

Не отрываясь глядя на нее, Этан с трудом заговорил:

— Когда я увидел тебя в первый раз, то сразу понял, что ты моя судьба и полюбил тебя. И если бы мог выбирать свое будущее, то никогда бы не расставался с тобой. Acushla… биение моего сердца, дыхание моей души… в мире нет никого честнее и красивее тебя. Твоя тень на земле – это солнечный свет для меня.

Он замолчал и от боли свел брови на переносице, словно задумался над чем-то серьезным. Глаза закрылись.

Гаррет неуклюже отодвинулась от него и стала рыться в саквояже в поисках стетоскопа. Сердце разрывалось на части. Хотелось кинуться Этану на грудь и завыть от отчаяния. «Я для этого недостаточно сильна, – подумала она. – Я этого не вынесу. Господи, прошу, не дай этому случиться… пожалуйста…»

Но когда она взглянула на его посеревшее лицо, ее охватила спокойная решимость: она не потеряет его!

Гаррет осторожно прикладывала стетоскоп к разным точках на его груди, начиная от ключицы и заканчивая у самой диафрагмы. Несмотря на то что дыхание Рэнсома было частым и неглубоким, складывалось впечатление, что легкие не задеты. Ухватившись за эту крошечную хорошую новость, Гаррет нашла в саквояже коробочку с иглами для внутримышечных инъекций и приготовила шприц с морфином.

— Этан, – тихо позвала она, – ты можешь сказать, из какого пистолета в тебя стреляли? Ты видел, как далеко от тебя находился стрелявший?

Он разлепил глаза и посмотрел на нее так, словно не понимал слов.

Позади послышался голос лорда Тренира:

— Судя по наличию пороховых ожогов, в него стреляли в упор. Выходного отверстия нет. Могу предположить, что выстрел был произведен круглой пулей большого калибра на низкой скорости.

Гаррет понадеялась, что он прав: раневой канал, оставленный крупным зарядом, шире, а поэтому его легче обследовать и извлечь пулю.

— Он сказал, что стрелял один из людей Дженкина, – продолжал Тренир. – Профессиональный убийца будет использовать более современные пули с конической головкой вместо круглой. Если так, тогда пуля может быть покрыта оболочкой из меди или стали.

— Спасибо, милорд.

Пуля с острым концом пробивает тело по прямой и не рикошетит внутри, хаотично меняя направление и превращая внутренние органы в фарш. И если она была в твердой оболочке, значит, свинец не разлетелся в теле.