Книга Таинственный незнакомец, страница 101 – Лиза Клейпас

Гаррет с беспокойством оглядела графиню. Та была вялой, бледной, и ее заметно лихорадило. Возможно, тошноту вызвала вонь от грязной воды.

— Вам нельзя подвергать себя угрозе инфекции, – сказала она. – Вы должны сейчас же принять ванну и прилечь в хорошо проветриваемой комнате. Прикажите горничной приготовить вам чай с имбирем. Это поможет нормализовать желудок.

— Так и сделаю, – улыбнулась Кэтлин. – У вас есть Уэст и слуги – они вам помогут. Муж распорядится, чтобы мистера Рэнсома увезли из Лондона как можно скорее. Его нужно устроить в каком-нибудь безопасном месте, пока он не встанет на ноги.

— Боюсь, вы переоцениваете мои возможности, – мрачно заметила Гаррет.

— После операции, которую вы сделали Пандоре? У нас нет никаких сомнений, что вы творите чудеса.

— Спасибо. – К ее досаде, на глаза снова набежали слезы.

Кэтлин взяла ее руки в свои и ласково их пожала.

— Сделайте все наилучшим образом, и пусть судьба распорядится сама. Вы не сможете винить себя в случае неудачного исхода, если будете знать, что сделали все от вас зависящее.

Гаррет улыбнулась дрожащими губами:

— Простите меня, миледи… Но вы мало знаете о докторах.

— Это щипцы для артерий, – сказала Гаррет, указывая на блестящие стерилизованные хирургические инструменты, разложенные на подносе, покрытом полотном. – Скручивающие щипцы, щипцы для ран, щипцы для наложения швов. Пила для ампутаций. Обоюдоострая пила для ампутаций. Ампутационный нож. Резекционный нож. Изогнутый скальпель. Прямые и изогнутые ножницы…

— Будет лучше, если вы объясните все по ходу дела. После «ампутационного ножа» мое сознание почти отключилось.

Уэст Рейвенел стоял рядом с Гаррет возле стола, на котором в беспамятстве лежал Этан, укрытый белыми простынями и хлопчатобумажным одеялом. Гаррет по капле начала вводить хлороформ в цилиндрический ингалятор, заполненный стерилизованной корпией. Рейвенел в это время наложил на лицо Этана маску, соединенную с ингалятором трубкой в шелковой обмотке.

Гаррет осторожно приспустила простыни, обнажив мускулистый торс Этана, и услышала небрежное замечание Рейвенела:

— Вот это экземпляр! Оказывается, у него есть мускулы в тех местах, где их, как мне казалось, быть не может.

— Мистер Рейвенел, – сказала Гаррет, взяв в руки шприц для орошения, – пожалуйста, сведите все разговоры до минимума. – Тщательно обработав рану раствором хлористого цинка, она отложила шприц в сторону. – Передайте мне зонд Нелатона. Тот, который с наконечником из неглазурованного фарфора.

Вставив зонд в рану, она обнаружила пулевой канал и исследовала его, пока наконечник не наткнулся на что-то твердое. Вытащив зонд, Гаррет рассмотрела голубое пятнышко на кончике.

— Что это? – спросил Рейвенел.

— Фарфор приобрел голубой цвет после контакта со свинцом.

Пуля застряла в области, где проходили основные вены, артерии и нервы, защищенные крепкими, плотными мышцами.

В медицинской школе Гаррет внушили, что хирург никогда не должен оперировать родственников и тех, с кем имеет эмоциональную связь, чтобы не потерять объективность. Сейчас, глядя на застывшее лицо Этана, она осознала, что начинает сложнейшую операцию мужчине, которого любит. «Господи, помоги!» – мысленно помолилась Гаррет, а вслух произнесла:

— Подайте скальпель с изогнутой кромкой.