Книга Серена, страница 72 – Рон Рэш

— Вероятно, в той же статье упомянут и о том, что мистер Кепхарт бросил на произвол судьбы свое семейство? – предположила Серена, повернувшись к защитнику природы. – Подскажите, сколько ребятишек осталось на попечении у вашей жены в Сент-Луисе, четверо или пятеро?

— Это едва ли относится к делу, – заметил Олбрайт, озирая стол словно бы в поисках председательского молотка.

— Напротив, это весьма важно, – возразила Серена. – Опыт подсказывает мне, что альтруизм неизменно выступает в качестве искупления былых прегрешений.

— Каковы бы ни были мои личные прегрешения, созданием парка я занимаюсь не ради себя, – заявил Кепхарт, обращаясь к Серене. – Отнюдь нет: я делаю это ради будущего.

— Какого будущего? Где оно? – с усмешкой вопросила Серена, оглядываясь по сторонам. – Все, что я вижу, – это здесь и сейчас.

— При всем уважении, миссис Пембертон, – вмешался Олбрайт, – мы собрались тут, чтобы обсудить вполне реальную вещь, создание национального парка, и не намерены заниматься пустой игрой в слова…

— …В которой вам нет равных, – подхватил Харрис. – Даже с той землей, которую вы скупили, парк все равно остается утопической мечтой, ютящейся на пригорке козьего пастбища.

— Пять миллионов Рокфеллера вполне реальны, – возразил Уэбб. – Как и принятый в этой стране закон об отчуждении собственности.

— Итак, в ход пошли угрозы… – вздохнул каолиновый магнат.

Дверь открылась, впуская Уилки. Он рассыпался в извинениях, обращаясь ко всем в комнате, хотя от Пембертона не ускользнуло, что его пожилой партнер смотрел при этом исключительно на министра Олбрайта. Тот встал и первым протянул вошедшему ладонь.

— Не стоит извиняться, мистер Уилки, – сказал Олбрайт, когда с рукопожатиями было покончено. – Я рад наконец-то свести с вами личное знакомство. Должен заметить, Генри Стимсон высоко отзывался о вас как о бизнесмене и джентльмене.

— Очень мило с его стороны, – кивнул Уилки. – Мы с Генри знакомы много лет, еще с Принстона.

— Я и сам обучался в Принстоне, мистер Уилки, – сообщил Дэвис, тоже протягивая руку.

Прежде чем Уилки успел ответить, Пембертон заговорил:

— Наше время недешево, джентльмены. Поэтому прошу вас сразу перейти к делу. Нам не терпится выслушать ваше предложение.

— Так и быть, – сказал Олбрайт, когда Уилки занял свое место. – Первоначальная цена, которую мы предложили Бостонской лесозаготовительной компании за ее тридцать четыре тысячи акров, была, готов признать, чересчур низкой, и благодаря щедрой помощи мистера Рокфеллера мы готовы сделать свое предложение гораздо более существенным.

— А точнее? – спросил Пембертон.

— Шестьсот восемьдесят тысяч долларов.

— Наша цена – восемьсот тысяч, – отчеканил Пембертон.

— Но эту землю оценили в шестьсот восемьдесят, – возразил Дэвис. – Страна пребывает в депрессии, которая вполне может затянуться. С учетом нынешнего положения на рынке наше предложение выглядит более чем щедрым.

— А как насчет моих восемнадцати тысяч акров? – вскинул подбородок Харрис.

— Триста шестьдесят тысяч, мистер Харрис, – ответил адвокат. – Из расчета двадцати долларов за акр. Как и в случае с Бостонской лесозаготовительной, налицо значительная прибавка по сравнению с изначальным предложением.

— Этого мало, – отрезал Харрис.

— Подумайте, сколько вы уже успели здесь заработать, – с раздражением вскинулся Уэбб. – Неужто нельзя хоть чем-то поделиться с местными жителями?