Книга Отличная работа, Роберт!, страница 38 – Ванда Лаванда

— Нет, я бы не сказал, что Ваша ориентация заметна окружающим. Просто я знаю, на что обращать внимание, кроме стереотипов, навязанных обществом. И до сегодняшнего вечера я сомневался в своих выводах, но Ваша реакция на предложение о женитьбе заставила меня еще раз задуматься, и…

— Эмм, да нет. Я так отреагировал на грядущую помолвку не из-за того, что меня не интересуют девушки, – замялся Роберт, поднял голову и уставился в окно на огни города. – Точнее, не только из-за этого… Я же становлюсь старше, самостоятельнее, ответственнее. А они этого не видят, не хотят замечать. Решают за меня, планируют мою жизнь, как будто бы мне до сих пор двенадцать лет!

Он замолчал, нервно постукивая пальцами по подлокотнику двери. Затем обернулся и посмотрел в глаза мужчине рядом с собой:

— А еще я не одобряю браков по расчету. Может, это покажется Вам смешным, мистер Харт, но я верю в любовь!

— Нет, не покажется, – неожиданно серьезно ответил куратор.

Роберт покивал и снова отвернулся к окну. Мысли роились у него в голове. Тысячи переживаний и тысячи вопросов. При этом, пожалуй, добрую половину этих вопросов он хотел задать Харту, но он уже и без того злоупотребил его добротой и временем, верно? К тому же он обещал ему вечер в отличном ресторане и знакомство с высшим руководством. А что в итоге? Ничего! Роберт старался прогнать мысли о том, что не смог как следует познакомить Харта с отцом. Должность начальника отдела по рекламе – явно не потолок для такого ума, как у Бенджамина Харта. И Роберт искренне хотел, чтобы у его куратора появилась возможность подняться еще выше.

— Вы хотите поговорить? О сегодняшнем вечере или вообще. Время еще раннее, и у меня нет никаких планов на сегодня, – словно отвечая на сумбурные мысли Берти, сказал Харт. – Так что, если Вы хотите, я могу Вас выслушать и, возможно, смогу помочь.

Учитывая всё, что произошло сегодня, Роберт не стал строить из себя парня с несгибаемой волей. Вообще-то его девизом по жизни было оставаться оптимистом в любой ситуации. Но в данный момент оптимизма у него не было ни на йоту. Поэтому парень честно согласился на предложение:

— Да. Хочу. Но давайте поговорим у меня? Как-то нет желания посвящать в свою личную жизнь водителя такси, которому и так есть о чем думать…

Харт кивнул, и остаток пути они ехали в тишине. Роберт смотрел в окно, считая аптеки, мимо которых они проехали. Это было что-то сродни медитации. А куратор то и дело смотрел на него, но ничего не говорил, уважая просьбу.

Когда, наконец, они вошли в квартиру Берти, то он подумал, что на встречу с отцом уходил один Роберт – свободный, веселый и жизнерадостный парень с трудоголиками родителями; а вернулся другой – преданный, униженный и преждевременно окольцованный. Хотелось вернуться назад в прошлое и проигнорировать письмо отца. Конечно, это бы не отменило чертову помолвку, тетя Агата или еще кто-то все равно добрались бы до несносного наследника. Но так хотя бы у него была бы отсрочка.

Он рухнул на диван, не раздеваясь, лишь снял жилет и бросил его на спинку стула, попавшегося ему на пути. Пусть будет таким же помятым, как и его хозяин! Не говоря ни слова, Харт оставил Роберта и тихо ушел на кухню. А через несколько минут вернулся с двумя чашками ароматного кофе. Он был без своего черного пиджака, а рукава белоснежной рубашки аккуратно и элегантно завернуты наверх – не то скомканное безобразие, которое устроил Берти своей рубашке в первую рабочую неделю.