Книга Отличная работа, Роберт!, страница 39 – Ванда Лаванда

— Вы должны научить меня этому, мистер Харт! – натянуто улыбнулся Роберт, принимая чашку. Нужно было как-то возвращать присутствие духа. – Спасибо Вам.

— Это просто растворимый кофе. Я не нашел у Вас зерен и турки, – сказал куратор, присаживаясь рядом.

— А я и не за кофе благодарю, Вы же поняли, – Берти сделал небольшой глоток, откинулся на спинку дивана и потер глаза.

— О чем бы Вы хотели поговорить, Роберт? – спросил Харт, и, как ни странно, он выглядел при этом вполне расслабленно, но сосредоточенно. Одновременно очень похоже с тем, как он требовал объяснений на работе, и при этом совершенно иначе.

— А о чем бы Вы хотели услышать? – Берти скосил взгляд на мужчину.

Черного пиджака на нем не было, так что образ недосягаемого небожителя померк, и мантра "Черный костюм, Берти!" больше не помогала. Поэтому Роберт почувствовал себя раскованнее. Если закрыть глаза, то можно даже представить, что он говорит с одним из своих друзей.

— Может рассказать о своем детстве. Или о том, почему у Вас сложные отношения с родителями. Или как Вам удалось столько времени скрывать свою сексуальную ориентацию, учитывая, что Вы весьма артистичная и энергичная натура, – предложил Харт и, в отличие от брезгливой тетушки Агаты, все же отпил кофе, хотя ясно, как Божий день, что такой напиток мог оскорбить его чувство прекрасного.

— Все три истории, о которых Вы спрашиваете, будут взаимосвязаны, – вздохнул Роберт, отставил наполовину пустую кружку на журнальный столик и, взяв подушку с дивана, обхватил ее руками, словно обнимал мягкую игрушку. Жаль, что его любимого большого плюшевого медведя Тедди отдали кузену Карлу, который его неблагополучно утопил в реке.

— Да, я так и предполагал.

— Ясно… Я не помню, что я уже мог рассказывать, а что Вы узнали из писем миссис Макгрегор. Поэтому просто расскажу все по порядку, – Роберт стал мять подушку в руках, то поглаживая, то щипая уголки. – В детстве я жил здесь, в Лондоне, с родителями. Я был сложным ребенком. Неусидчивым, бесталанным, ничем особо не увлекался, мог просто часами гулять. В школе я тоже был не самым успешным учеником. Точнее, совсем не успешным. Поэтому родня, которая возлагала на меня большие надежды с самого рождения, была весьма разочарована. А после того, как я провалился на поступлении в крутую частную школу, меня сбагрили с глаз долой в закрытую школу для мальчиков.

— Ваши родители согласились? И отец, и мать? – уточнил Харт и поставил пустую чашку рядом с чашкой Берти.

— Да. В принципе, где-то с двенадцати лет за мной стала присматривать тетя Агата, а с родителями я с тех пор виделся только на праздники, – Роберт поднял взгляд, рассматривая потрепанный временем потолочный плинтус. – Можно сказать, что мистер и миссис Макгрегор были моими опекунами. У них нет своих детей, а тетя – папина сестра – всегда была очень заинтересована в благополучии компании. Вот она и решила, что ее миссия в этой жизни – сделать из меня человека достойного для наследования фирмы. Я приезжал в дом Макгрегор из школы на выходные. Не каждую неделю, конечно, но так было немного лучше, чем вообще безвылазно торчать в нашей тюрьме, как мой друг Джек.

Роберт потянулся к чашке, сделал глоток, поморщился. Сладкий остывший кофе совсем не помог справиться с жаждой.