Книга Лишенные богов, страница 94 – Лиза Андерсон

Вик так и не сомкнула глаз. От усталости кожа казалась ледяной и бледной, а мысли никак не желали выстраиваться в четкую цепочку. Арен Манн, выпустивший оркана прямо в сердце замка; испытание, которое она чудом пережила; женщина, растерзанная стриксом… Слишком много потрясений для одних суток.

Все эти фрагменты пазла не давали ей покоя, пока она мерила шагами пустые утренние залы. Замок дышал прохладой, и в этой тишине эхо ее собственных шагов казалось чересчур громким.

Вик почти не знала Рэйчел – лишь каждый день видела ее закутанную фигуру в глубине лекционного зала. Но осознание того, что этого человека больше нет, отозвалось в ней глубокой, сосущей пустотой. Через пару дней занятия в замке пойдут своим чередом, как и всегда, а целая вселенная внутри одного человека навсегда исчезнет из этого мира. У Рэйчел наверняка была семья, были те, кто ее любил и чьи сердца сейчас разрываются от боли.

Вик понимала: она никогда не забудет ту мертвую женщину на полу библиотеки. Ее карие глаза, подернутые дымкой смерти, смотрели в мир, которого Вик не видела. Девушка боялась, что события этой безумной ночи затмят этот образ, сотрут его из памяти, хотя все к тому и шло. Тусклый, давящий свет катакомб, искаженное яростью лицо Натаниэля и та невыносимая вспышка боли, когда на ее запястьях сомкнулись холодные кандалы.

Арен Манн жаждал истребить созданных ведьм, хотя сам стал одним из них в безумной погоне за могуществом. Он ставил на кон все, включая собственную жизнь, и называл это просто игрой.

Шагая в одиночестве по пустынным коридорам, Вик поймала себя на пугающей мысли: она понимала его мотивы. Разве она не поступила бы так же, будь у нее гарантия результата? Ради своей цели Вик готова была пойти ва-банк. Она до сих пор видела перед глазами шок и ужас на лицах членов Ордена, когда вышла из Обряда – не триумфатором, но и не побежденной. Ей до боли хотелось, чтобы в их глазах было чуть меньше ненависти. Было бы славно просто стать своей, вписаться в этот мир, верно?

Она увязла в этой трясине по самые плечи, но все еще упрямо верила, что сумеет выплыть. Вик знала: если приложить достаточно усилий, если сражаться на пределе возможностей, она отвоюет себе место в мире, который изначально не желал иметь с ней ничего общего. Она докажет, что мать ошибалась. Докажет, что достойна той любви, в которой Мередит ей всегда отказывала.

Свет, слишком блеклый для утреннего солнца, падал в окна под острым углом, искажая знакомые очертания замка до неузнаваемости. В просыпающихся коридорах даже мелкие предметы отбрасывали длинные пугающие тени. Вик шла настолько быстро, насколько позволяло приличие, стараясь не сорваться на бег.

В конце концов, стрикс все еще был где-то здесь. Хотя Сара и уверяла, что птица покинула замок, ее так и не поймали.

На лестничной площадке, ведущей к их с Генри этажу, Вик вдруг почувствовала движение над головой и резко вскинула взгляд. Сердце пустилось вскачь, мышцы мгновенно напряглись, готовые к рывку. Большая часть пролета тонула в густой тени. Вик замерла, вглядываясь в витки винтовой лестницы и ожидая, пока зрение адаптируется к мраку.

После долгой звенящей паузы она заставила себя выдохнуть и пошла дальше. «Это просто страх, – убеждала она себя, – воображение рисует монстров там, где их нет».