Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 85 – Александр Галиновский

В тот день Тисонга собрал немного бурой пыли и поместил ее в стеклянный пузырек, который и сегодня носил с собой в кармане. Каждый раз, глядя, как песок пересыпается внутри стеклянной колбы, он думал, где сейчас брат.

Возможно, ответ находился прямо перед ним: самый высокий шпиль в городе – Башня ремесленников сна. Внезапно на глазах у Тисонги одинокая фигурка взмыла к одному из стрельчатых окон и слилась с темнотой проема за ним. Наземных дверей у Башни не было, только верхние уровни, куда поднимались по воздуху, а это значило, что жителям Поднебесья, которых лишили крыльев, никогда не попасть внутрь.

Если Кенобия оказался там, то наверняка затем, чтобы Отцы-ремесленники разобрались в его сновидении. С другой стороны, если все это было розыгрышем, где брату удалось раздобыть необычный песок? Несколько дней Тисонга обшаривал квартал за кварталом, выискивая почву похожего цвета. Ничего подходящего он не нашел. И сейчас, в очередной раз глядя на бурые песчинки внутри пузырька, он подумал, что это похоже на крупинки ржавчины, которую сначала соскоблили, а затем истолкли в порошок. Единственное место, где Кенобия мог найти металл, были цепи, которыми острова Поднебесья крепились друг к другу.

Приняв решение, Тисонга прыгнул вниз.

Острова не всегда были скреплены цепями. В прошлом они свободно дрейфовали, и их маршруты никогда не пересекались. Теперь, пролетая над городом, ангел видел каллиграфически тонкие, словно нарисованные тушью, нити. Подобно сноскам на анатомической карте, они тянулись во все стороны и утопали в белоснежной белизне.

Чтобы размять мышцы, Тисонга сделал небольшой круг. Город под ним был тем же, что и всегда. Крыши домов сверкали белизной, глазурью, золотом. На одних хозяева разбили небольшие садики с водоемами и настоящей рыбой, другие были выложены многоцветной керамикой. Высоких зданий почти не встречалось: стремление ввысь компенсировалось умением летать. Ближе к горизонту город терял свои цвета. Краски тускнели, сливаясь в сплошное бурое месиво, как на палитре неумелого художника. Кое-где проглядывали пятна серого, уродливые проплешины желтого, отмели коричневого.

Только сейчас ангел понял, что не залетал дальше чем на расстояние полсотни бросков камня от центра города. Подумав об этом, он ощутил укол обиды: значит, Кенобия летал на окоем без него. Конечно, если допустить, что он и в самом деле все подстроил. С каждой минутой Тисонга все больше утверждался в мысли, что его обманули. Одно дело – провести однокашников, сделав так, чтобы все поверили, будто ты достиг небывалого мастерства в умении приносить из сновидений настоящие вещи, другое дело – поступить так с собственным братом. От осознания этого решимость Тисонги добраться до цепей и узнать, действительно ли его брат соскреб с них ржавчину, только усилилась.

Знакомая часть города не закончилась в одночасье. Здесь шла уже привычная битва: улицы бесконечно вгрызались друг в друга, превращая и без того запутанный ландшафт в настоящий лабиринт. Тисонга спрашивал себя: как ориентируются в нем те, кто передвигается по земле? Его тень скользила далеко внизу, ныряя в провалы между домами, чтобы вновь появиться на какой-нибудь крыше. Когда она накрывала бескрылых, те поднимали головы. Некоторые грозили ему кулаками, один даже швырнул камень.