Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 207 – Александр Галиновский

Кажется, солдат-выскочка остался недоволен таким поворотом дел. Он был разочарован тем, что ему не удалось попасть в подвал вслед за Дагалом. Вдобавок их всех выдворили, а дверь захлопнули прямо перед носом. По его словам, Дагал остался внутри абсолютно один, и это казалось еще более странным. Ни один из солдат вслух не поддержал говорившего, но послышалось недовольное бурчание, за которым стояло нечто большее, чем одобрение выскочки.

Однако Оша мало заботили тонкости человеческих взаимоотношений. Куда интереснее была неожиданная находка. Нечто отдаленно похожее на кокон, которым окружают себя личинки, прежде чем перейти в стадию куколки. Или те коконы, в которые свивают свои жертвы пауки.

Дагал вновь прислушался. Человек в подвале все еще не оставлял попыток выбраться. Глава тайной службы слышал, как руки узника шарят по стенам, скребут камень, но снимают с сырых булыжников лишь фрагменты росшего между ними мха.

Он ощутил, как внутри ворочается паразит. Ош вновь вцепился в его плоть своими крючками. Кроме этого, Дагал чувствовал другое: то, как через его пищевод наружу скользит что-то длинное, тонкое и подвижное. Словно ком червей, проталкивающихся вверх, в носоглотку и ротовую полость… Вскоре из его рта, носа и ушей показались пучки длинных отростков, которые принялись шевелиться в воздухе. Дагал подошел к тому, что осталось от кокона, опустился на четвереньки и наклонился, поднеся лицо вплотную к останкам. Если бы в этот момент его увидел кто-либо из солдат, он мгновенно решил бы, что сходит с ума: жгутики принялись шарить по поверхности кокона, будто длинные гибкие пальцы.

Отростки служили Ошу органами осязания. Изучая останки, он пришел к выводу, что тот, кто соорудил этот кокон, почти наверняка разумен, неплохо приспосабливается к условиям окружающей среды и, судя по всему, смертельно опасен.

Наконец ему попался кто-то, в чьем теле Ош почувствовал бы себя в безопасности. Не нужно больше искать носителей и кочевать от одного к другому. Похоже, у него появился шанс если и не навсегда, то уж точно надолго завладеть надежным, сильным и крепким телом.

К тому же ему вдруг стало интересно. Это новое чувство Ош открыл в себе с немалым удивлением. Оказывается, он тоже способен испытывать чувства. Возможно, сказались годы, проведенные в теле оракула?

Дагал-Ош почувствовал, как внутри закипает азарт. К тому времени он уже достаточно изучил странную вещь, чтобы понять, что перед ним пища. В действительности все в этой лавке было предназначено для того, чтобы не дать жертвам шанса бежать: подвал, глубокий колодец и даже занавешенные наглухо окна.

Отростки продолжали свой танец. Внутри кокон напоминал тончайшее кружево. От контакта с воздухом заключенная в него плоть размягчилась, стала плавиться и растекаться по полу.

Выглядело это, словно выставленное на солнце масло. То, что некогда было останками человека, медленно превращалось в полужидкий суп, растекающийся по полу. Но ни отвратительная картина, ни поистине ужасный запах не могли остановить Оша. На концах его отростков располагались крохотные хоботки, через которые паразит пробовал субстанцию на вкус.

Личности Дагала, заточенные внутри захваченного тела, кричали и умоляли прекратить. Их голоса – голос самого Дагала и его тайного советника – звучали для Оша не громче комариного писка. Голос, до этого рассуждавший разумно и рационально, превратился в невнятный скулеж. Если от Дагала и осталось что-то, это нечто утратило последние крохи разума, столкнувшись с ужасом в лавке: растворенная человеческая плоть, каннибализм и прочее.