Книга Зодиак. По следам зла, страница 37 – Андрей Залевский

Он детально расписал свой план на выходные, если его требования не будут выполнены: «Я буду ездить все выходные, убивая одиноких людей в ночи, а затем переходить к следующим, пока не убью дюжину человек за выходные».

В кабинетах главных редакторов трех газет воцарилась тяжелая, липкая атмосфера безысходности. В дело немедленно вмешалась полиция. В офисы Chronicle и Examiner срочно прибыли инспекторы Департамента полиции Сан-Франциско. В редакцию Vallejo Times-Herald примчался шеф полиции Вальехо Джек Стилтц.

Сыщики, эксперты-криминалисты и суровые газетчики склонились над столами, вчитываясь в синие строки. Они оказались в эпицентре классического, неразрешимого этического капкана.

С одной стороны, фундаментальное правило любой цивилизованной системы гласит: нельзя вести переговоры с террористами. Выполнение требований шантажиста означает его легитимизацию. Публикация шифра психопата на первой полосе солидного издания — это признание его власти. Это дает ему ту самую извращенную славу, которой он жаждет. Это превращает трагедию убитых подростков в дешевое бульварное шоу, а газету — в соучастника преступления по распространению паники. Более того, публикация манифеста могла спровоцировать волну подражателей — нестабильных личностей, которые увидят, что путь на передовицы лежит через пролитую кровь.

С другой стороны, на чаше весов лежали жизни. «...дюжина человек за выходные».

Редакторы смотрели на полицейских. Полицейские смотрели на редакторов. Никто не хотел брать на себя ответственность за возможную бойню. Джек Стилтц, шеф полиции Вальехо, человек старой закалки, оказался в ситуации, к которой его не готовила ни полицейская академия, ни годы службы. У него не было профиля серийного убийцы. У него не было понимания того, блефует ли этот человек или действительно готов выйти на улицы с арсеналом оружия и методично расстреливать случайных прохожих.

Анализ почерка и стиля письма выявил пугающий психологический профиль. Автор был невероятно эгоцентричен. Он упивался своей властью. Его угрозы не были похожи на пустые выкрики хулигана; за ними стояла холодная, просчитанная решимость человека, который уже убил троих и тяжело ранил одного, не оставив при этом ни единой зацепки. Он доказал свою способность убивать бесшумно и эффективно.

Время неумолимо текло. До дедлайна, установленного маньяком — полудня пятницы, — оставались считанные часы.

Редакции охватил аналоговый паралич. Механизм принятия решений буксовал. Как опубликовать этот бред, не потеряв лицо? Как не поддаться панике? И самое главное — как объяснить читателям, почему их утренняя газета внезапно превратилась в доску объявлений для сумасшедшего мясника?

Психология манипуляции массами работает именно так. Террорист не может убить всех. Но ему это и не нужно. Ему достаточно внедрить в общественное сознание мысль о том, что смерть может настигнуть любого, в любой момент. Внедрив эту мысль, он парализует общество страхом. Шантаж прессы был гениальным ходом: убийца переложил ответственность за свои будущие преступления на плечи редакторов. Если он убьет в эти выходные, это будет не только его вина — это будет вина газет, которые «пожалели краску и бумагу».

Напряжение достигло предела к вечеру четверга. На экстренных совещаниях было принято тяжелое, компромиссное решение. Система пошла на уступки. Этика уступила место страху за жизни граждан.