Книга Двор Ядовитых Сердец, страница 213 – Элис Нокс

Но не тот Лис, которого я держала на цепи перед всем двором когда-то.

Сейчас корона Света не сверкала на его голове — он редко носил её вне церемоний, — но власть читалась в каждой линии его тела, в том, как он стоял у входа в святилище, как смотрел на меня сверху вниз.

Больше не пленник.

Король.

Равный.

Опасный.

Серебристые глаза смотрели на меня с той самой насмешкой, знакомой слишком хорошо, но под ней читалось что-то ещё — понимание, может быть даже сочувствие, хотя он никогда бы не признал это вслух.

Ярость вспыхнула мгновенно — горячая, спасительная, она заглушила панику и страх на несколько драгоценных секунд.

Я вскочила на ноги так резко, что мир качнулся, но устояла.

— ЛИС! — слово вырвалось как рык, эхом прокатилось по залу. — Какого демона ты тут делаешь?!

Он усмехнулся, с той дьявольской искрой в глазах, что всегда предвещала неприятности. Усмешка, которую я ненавидела и по которой скучала одновременно — парадокс, необъяснимый даже для себя.

Взгляд скользнул по моей фигуре в халате — оценивающе, но без намёка на желание.

— О, да ладно, Верена. — Тон был лёгким, почти игривым, но в нём читалась сталь, способная разрезать насквозь. — Ты же прекрасно знаешь — я умею находить секреты. Особенно твои. Всегда находил, даже когда ты так старательно их прятала.

Он щёлкнул пальцами небрежно, и воздух вокруг него вспыхнул белым светом на мгновение, осветил лицо снизу, придал чертам что-то жутковатое.

— Ты выглядишь ужасно, — констатировал он, и в речи не было осуждения.

Я фыркнула:

— А ты выглядишь раздражающе довольным собой. Корона Света тебе к лицу. Почти скрывает, каким жалким ты был, когда я держала тебя на цепи.

Улыбка не дрогнула. Стала шире, обнажая белые зубы.

— О, милая Верена. — Лис продолжил, делая шаг внутрь святилища, и звук его босых ног по мрамору был до жути громким в мёртвой тишине. — Мы оба знаем, что происходило за закрытой дверью. И кто из нас действительно держал цепь.

Что-то внутри меня дёрнулось — острое, болезненное, как крючок, зацепившийся за ребро и потянувший.

Воспоминание вспыхнуло быстро, яркое: его руки на моих запястьях за закрытой дверью моих покоев, когда цепь падала на пол. Крепкие, тёплые, как кандалы из плоти. Мой голос, молящий — не о пощаде, о чём-то другом, не названном вслух. Слёзы, вытираемые его большими пальцами так нежно — будто верил, что могут стереть боль, накопившуюся за тысячелетия, и сделать меня снова чистой.

Я оттолкнула воспоминание силой воли, выпрямила спину.

— Зачем пришёл, Алистор? — Слова вышли ровнее, чем я ожидала, холоднее. — Говори быстрее, пока я не сделала из тебя удобрение для моего сада.

Лис усмехнулся — коротко, но усмешка не коснулась глаз.

— Скучал и я по тебе, дорогая. — Он сделал ещё шаг, и выражение лица изменилось, стало серьёзнее. — Но я пришёл не для того, чтобы вспоминать старые времена.

Взор скользнул на печать на моей руке, всё ещё светившуюся в полумраке святилища.

— Я почувствовал сегодня ночью, — произнёс он, и шутливость исчезла из речи полностью. — Сдвиг в балансе между Светом и Тьмой. Что-то огромное, древнее... активировалось. Проснулось впервые за три долгих года.

Он посмотрел на меня прямо, и в серебристых глазах плескалось понимание.

— Двор Тьмы. Магия вернулась по-настоящему. Не как тень прошлого, а как живая сила. — Пауза. — И твоя метка ожила. Впервые за всё это время. Впервые с того дня, как Двор Тьмы пал в великой войне.