Книга Двор Ядовитых Сердец, страница 176 – Элис Нокс

Он помогает. Король Шипов помогает мне собирать ягоды.

Почему?

Что ему нужно взамен?

Дориан продолжил идти рядом — неспешно, будто прогулка по лесу была его любимым занятием, а не частью какого-то плана. Показывал съедобные кусты, объяснял спокойным, почти учительским тоном, какие опасны, какие нет. Голос его был мягким, почти дружеским, будто мы были не врагами в смертельной игре, а... союзниками, товарищами в путешествии.

Под его руководством корзина наполнялась быстрее.

Фиолетовые ягоды, матовые и безопасные. Потом золотистые, маленькие, росшие на вьющейся лозе, обвивавшей старый ствол, пахнувшие мёдом, сладко и приятно. Потом белые, прозрачные, светившиеся изнутри мягким молочным светом и холодные на ощупь, как кусочки льда, таявшие на языке, оставлявшие привкус свежести.

Мы шли молча какое-то время — только звук наших шагов по мху, приглушённый, почти неслышный, негромкий шелест, когда я срывала ягоды, и где-то вдалеке журчание ручья, пробивавшегося между камнями, тонкое и успокаивающее.

Птицы не пели. Ветер не шумел в кронах. Лес оставался тихим, но присутствие Дориана рядом делало тишину... другой, менее давящей, почти комфортной, что настораживало ещё больше.

Потом он заговорил снова — небрежно, будто обсуждал, какая погода будет завтра, но что-то в интонации, в лёгкой паузе перед словами заставило меня насторожиться, замедлить шаг:

— Кстати, Верена... Отец Морикая узнал, что его сын здесь.

Рука, тянувшаяся к очередной ягоде, на полпути замерла в воздухе.

Кровь отхлынула от лица волной, оставив кожу ледяной. Я медленно обернулась. Движение далось через силу, будто тело не слушалось.

— Что... что ты сказал? — голос вышел чужим, тонким и надломленным.

Дориан посмотрел на меня и тоже остановился. На лице не было привычной насмешки, игривости. Только серьёзность — холодная, деловая, от которой стало ещё страшнее, потому что когда Дориан серьёзен, это значит, что всё плохо.

— Король Тьмы. Отец Морикая. — Голос был ровным, почти безразличным, будто сообщал очевидный факт. — Он узнал, что его сын находится в моём дворе. Кто-то доложил. И он мчится сюда.

Корзина выпала из рук, с глухим стуком ударилась о землю, покатилась, рассыпая ягоды на зелёный мох.

Отец, Король Тьмы, мчится сюда за Морикаем.

— Нет, — прошептала я, и голос сорвался, надломился на последнем слоге. — Это... это не может быть правдой... это невозможно...

— Вполне возможно, дорогая. — Дориан спокойно наклонился, поднял корзину с земли и начал собирать рассыпанные ягоды одну за другой — не торопясь, методично, будто у него было всё время мира, будто он не только что не разрушил мой мир одной фразой. — У Короля Тьмы шпионы везде. В каждом дворе. Даже в моём, к сожалению. Кто-то доложил о присутствии Морикая. Возможно, один из моих придворных. Возможно, кто-то из стражи. — Он небрежно пожал плечами. — Не важно, кто именно.

Он выпрямился и протянул мне наполненную корзину. Взгляд был спокойным, почти сочувственным, что пугало сильнее любой угрозы.

— Важно то, что он идёт. И когда прибудет сюда... — он помолчал, тяжело, полно невысказанного, — ...Морикай мёртв. Так или иначе.

Я почувствовала, как колени подкашиваются и слабеют.

— Когда... — с трудом выдавила я, и голос вышел хриплым, едва слышным, — когда он прибудет?