Книга Печать безумных. Пророчество, страница 66 – Екатерина Гичко

«Иди, с ним есть кому нянькаться»,— подогнал её Иррес.

— А Леший-то где? — нахмурился виларий.

Риш провожал уходящую Лирку пристальным взглядом, и сов едва ли не разрывал его изнутри желанием броситься к раненой, истекающей кровью птичке, на груди которой горестно плакал птенец. Держался буквально из последних сил, уговаривая себя просто не шевелиться. В конце концов он не юнец, чтобы поддаваться эмоциям. По крайней мере не на улицах города, когда на него в упор смотрит писарь Резай — владелец «Птичьего вестника».

На чёрном мундире кровь была не так уж заметна, просто потемневшая ткань влажно блестела и торчало короткое древко, утопленное в плоть. Сама же Лирка смотрела на него так, будто её больше волновала его реакция, чем боль. Но когда лекарь выдрал — иного слова воспалённое сознание подбирать не захотело — болт и Риш увидел заляпанный кровью наконечник, услышал болезненный стон и успел поймать Лиркину гримасу, ему вдруг стало страшно. Страшно от собственных эмоций.

От ужасающего, размером с бездну ощущения бессилия и беспомощности.

От слепой, затмевающий всё разумное ярости.

От поглощающего желания сделать хоть что-то, чтобы больше никогдане видеть крови этой женщины.

Нет! Страшным усилием воли Риш заставил себя стоять на месте и просто смотреть, как Лирку уводят. Врос ногами в камень, вдавил себя, прижал все дикие желания.

Он не может утащить её в гнездо. Хоть он и обещал ей это в запале, грозил, но он не может принять такое серьёзное решение и притащить женщину, в отношении которой не планирует дальнейшей родственной связи. Нет!

Рассерженный сов недоумённо ворохнулся. Он вообще-то и не предлагал!

И Риш замер, уже озадаченный.

— Господин, — Саврий подошёл и осторожно, прекрасно видя, в каком состоянии хайнес, спросил: — Как вы?

Риш вновь на него посмотрел, но в этот раз поворот головы был более естественным. Открыл рот, но невольно опять зарычал. Пришлось прокашляться, эмоции всё ещё душили его. Саврий не торопил, понимая, что сейчас не время шутить. Тем более на глазах зевак.

— Что здесь произошло? — выделяя каждое слово, сквозь зубы спросил Риш. Резко вскинул голову, осмотрел всех и остановил взгляд на Нарие.

Ёрих тут же отступил от друга. Нет, не бросал. Но со стороны проще следить, чтобы на драгоценного родича никто не напал.

— Мы пока не знаем, — мрачно ответил Нарий.

Он, не стесняясь, смотрел на хайнеса с подозрением.

— Девять мужиков одну женщину защитить не могут! — фыркнул Риш. — Где Викан⁈ Где обещанные от Вотых охранники, а? Вместо того, чтобы прятать её от меня, лучше бы прятали от врагов, идиоты! Ну? Где они? Мне долго ждать?

Из числа редких зевак выступили трое мужчин, и Риш, подёрнув рукава, направился к ним. Дойти, впрочем, не успел. Из-за угла здания суда вышли двое оборотней из числа личных охранников хайнеса.

— Ну? — нетерпеливо подогнал их Узээриш.

— Мёртв, разбился. Стрела попала под рёбра с правой стороны, выжил бы, если бы не упал. Признаков, что он был не один, не нашли. Но мы его опознали.

Готовый взорваться Риш с интересом вскинул брови.

Понизив голос, охранник прошептал:

— Это подчинённый консера Ребуша.

— Что? — Риш вскинул взгляд на консера как раз в тот момент, когда к нему подбежал незнакомый оборотень и что-то торопливо прошептал на ухо.