Онлайн книга «Три Царя»
|
— Закхра, — придавлено произнес тот. — Ну куда ты собралась?! Зачем тебе это нужно?! — Потому что ... — Нет, ты всё же послушай, раз задала вопрос, — отрезал мужчина, не дав ей ответить. — Если бы не клятва и воля девочки, я бы никогда не повел её за стариком в его походе. Ты имеешь хоть долю понятия, что нас ожидает впереди? Потому что я нет. Семирод всё лепечет об иноземцах, возвращении смрада. Это мне ничего не говорит, кроме одного слова — битва. — Я понимаю, — слегка понизив голос добавила та, поправляя беличью шапку. — Нет, не понимаешь, — перешел он на тон выше. — Ты была с нами меньше полумесяца, разве ты хочешь такой жизни? Спать в землянках, кормиться от того, что пытается тебя убить, да и Чёрные, тебе мало всего этого, ведь впереди будет еще больше. В двух днях пути Новоград, там у меня знакомый давнейший из моей «школы», за ним должок сокровенный кроется. У него лавка охраничья, проведет тебя куда захочешь, хоть обратно в Красоград, хоть в Конклав, просто назови место. — Не в этом дело, я просто хочу... — Живи, Закхра, живи и не знай смерти и крови. Спи в крепкой постели и наслаждайся теплой пищей. Вдруг древолюдка, почувствовав уверенность предстала перед ним и выпалила как на духу. — Пилорат! Нет места мне более ни в Конклаве, где я не была более десяти лет, как и в Красограде. Я всю жизнь провела среди пыли и книг, изучая этот мир со слов других! Я засыпала в теплой постели, мечтая о том, что в один день я увижу все прелести своими глазами! — Неудачное ты выбрала время для знакомства с миром, — процедил Пилорат, однако ни злости, ни ярости не было в его словах, лишь отчаяние. — Мне всё равно! — не сдавалась она. — Нет больше мне места нигде, кроме возле вас. Нигде я не смогу спать в теплой кровати, нигде больше теплая еда будет приятна. Не смогу я... Он резко встал и возразил: — Да что с тобой не так?! — Страшно, мне Пилорат! Страшно! — закричала она. По её щеке пробежала слезинка, которую она тут же смахнула рукой и отбросила теплой росой на и без того мокрый снег. Он замолчал. Она не стала. — Ты спас меня, тогда. Семирод излечил по добру, а Маруська... Я никогда не видела столько храбрости в простом маленьком дитя. Не будет мне покоя. Не будет жизни, которой ты желаешь, без вас. Я не хочу больше прятаться и искать оправдания для себя самой, сторониться каждой тени. Может, пробыла я с вами и не так долго, но вы стали мне родными, больше, чем моя семья. Поэтому может и есть мягкая постель, что согреет меня, теплая пища, что набьет желудок, но правда в том, что мне будет страшно одной. Страшно без вас. «На что же мне это? Боги, как же оплошал перед вами, что вы одарили меня этим испытанием? На что старому и раненому воину такая ноша? Старик, девочка и она... Не понимаешь ты дурочка, не за себя берегусь, а за тебя. Вдруг не сумею уберечь, вдруг пропадешь по вине моей? Ежели не смогу защитить, или прогляжу где». Он так и не сумел произнести эти слова. Вместо этого, он вновь услышал её голос. — Не переживай за меня, Пилорат. Вдруг битва начнётся, я схоронюсь под ближайшим камнем и не вылезу, пока не разрешишь. Пойми ты, не могу я без вас, а если не возьмешь с собой, то следом пойду пока ноги не откажут. Меридинец не успел ничего ответить, как послышался голос, едва различимый голос, который он тут же узнал. Пилорат сразу же обратил свой взгляд к лесополосе, откуда показался старик, что с трудом пробирался через мокрый снег, а за ним семенила девочка в пухленьком пальто. Она держала в руках небольшой кулечек и пыталась помочь волхву. Пилорат заметил, что она, робко поддерживая за локоть старика, помахала ему рукой. На лице мужчины невольно растянулась улыбка. |