Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 234 – Брендон Сандерсон

— То есть… чтобы понять, как поступать…

— Нужно пробовать, – договорил Земледелец.

— Это недостаточно определенно, – сказал Сзет, разминая глиняным пестиком лук со специями. – Два человека могут попробовать и прийти к разным выводам. Наверняка у спренов есть для нас правда. Наверняка они скажут нам, как поступать.

— Разве в таком случае это не было бы то же самое, как если бы они нас перемещали? Ставя в один ряд с дождем, камнями или… иными созданиями, не способными двигаться самостоятельно.

«Он собирался сказать „овцами“», – подумал Сзет.

Земледелец доел остатки пасты и взглянул на небо.

— В других краях правители не предпринимают действий, – спокойно произнес он. – Они принимают решения, но не совершают действий. Именно поэтому, сын-Нетуро, я должен каждый день идти и возделывать жизнь на земле. Должен прибавлять, а не отнимать.

Это звучало логично, но Сзет пришел к выводу, что разговор дал меньше ответов, чем ему бы хотелось. Если и Земледелец не знает по умолчанию, как поступать правильно, то на что надеяться Сзету?

«Наверное, можно разыскать спренов, – подумал мальчик, – и спросить у них».

Спрены обитают в каждом предмете, особенно в камнях, но отличаются скрытностью. За свою жизнь Сзет видел их лишь трижды, и всякий раз мельком.

Вернулся отец Сзета, шагнув в пятно тусклого света от костра.

— Проверь свой мерный инструмент, – посоветовал Земледелец мальчику. – Ты кладешь многовато перца.

Он подошел к Нетуро и тихо с ним заговорил, споласкивая тарелку в корыте для мытья посуды.

Сзет закончил перемешивать пасту и, получив порции для себя и сестры, пробрался по темноте в дальнюю часть долины.

Элид сидела на траве с задумчивым видом, держа на коленях маленький керамический фонарь.

— Сзет, – прошептала она, – не хватает трех овец.

— Утром найдутся, – ответил он, протягивая ей тарелку. – Наверное, забрели в другую отару.

Сестра кивнула и взглянула в неровном свете на него, потом на еду и в сторону. Нервно.

— Что такое? – резко спросил мальчик.

— Одна из них – Молли, – призналась Элид. – Я знаю, Сзет, у тебя к ней особое отношение. Но все в порядке. Уверена, она просто прибилась к другой отаре, как ты и сказал.

Он нахмурился. Молли недолюбливала других овец. Да, она почти ничего не видела, но отлично их чуяла.

— Ты уверена?

— Уверена. Ты помнишь, как перегонял ее сюда?

— Я собрал перед выходом всех овец, и ее в том числе, – сказал Сзет. – Но вокруг царил такой хаос…

Он встретился с сестрой глазами и обернулся на юго-запад, в направлении океана и их дома. В воздухе висело уродливое красное зарево. Камнеходцы любили нападать по ночам. Их металлические фонари светили лучше керамических, а стрелами они поджигали крыши рыбацких деревень.

«Земледелец привел наших солдат, – подумал Сзет. – Они сейчас наверняка защищают прибрежные земли».

Вряд ли кто-то из камнеходцев заберется так далеко от моря, чтобы оказаться у их фермы.

— Я… просто пойду проверю соседние отары, – решил Сзет. – Молли легко заметить.

Он тоже зажег фонарь и, прикрыв его рукой, отправился на поиски. Но по мере того как он продвигался, окликая пастухов, в душе его нарастал ужас. Молли всегда возвращалась домой. Если стадо разбредалось, именно о ней никогда не приходилось беспокоиться.

И потому после осмотра пяти отар взгляд Сзета вновь устремился на юго-запад. К пылающему горизонту. Возможно, дело было в разговоре с Земледельцем, подчеркнувшим, что отличительной чертой людей является способность делать выбор. Возможно, в том, как семья Сзета выкопала камень. Возможно, в общем тоне – тот день нашептывал, что верных ответов нет. Есть только решения.