Книга Дневник Берии, страница 73 – Алан Эмлин Уильямс

Он наклонился ко мне через стол.

— Об убийстве Сталина.

— Убийстве?

— Верно. Это прямой результат «дела врачей».

— Кто его убил?

— Конечно, Берия, чтобы спасти свою шкуру. Ты помнишь великий девиз Сталина: «Членов Политбюро надо часто менять»? Что ж, настала очередь Берии, и он отреагировал соответствующим образом.

— Откуда тебе известно?

— От самого Берии. Из его дневников – откуда еще? – Он усмехнулся и ткнул ножом в мой бокал. – Выпей вина, mon cher. Это сделает тебя более восприимчивым к изяществу моего плана.

Он доел остатки с тарелки, достал пачку машинописных листов на русском.

— Прежде всего ты должен понять все детали «дела врачей». Это был последний спазм второго сталинского террора, прерванный его смертью 5 марта 1953 года. Всю свою жизнь он не доверял врачам, особенно евреям, и – подобно Гитлеру – предпочитал самолечение и патентованные лекарства. Фактически, в последние дни он был безумен, как собака Гитлер, только, возможно, умнее.

Он откинулся на спинку кресла и начал переводить с машинописного листа:

— Сценарий «дела врачей» был следующим: осенью 1952 года женщина-врач в открытом письме властям донесла на пятнадцать своих самых уважаемых коллег. Среди прочих преступлений она обвинила их в отравлении Щербакова и Жданова, которые, как известно, умерли от сердечных приступов, вызванных алкоголизмом. Все пятнадцать врачей признались, что работали на британские, американские и израильские разведки.

После того как они признались под пытками, Сталин развязал полномасштабную кампанию против евреев, заявив в неподписанной передовице «Правды», что сионистские агенты подрывают страну и «уничтожают руководящие кадры государства». Это был первый шаг к тому, что Сталин задумал как массовую антисемитскую чистку, в ходе которой евреев должны были депортировать в Северный Казахстан – якобы по их собственной просьбе для защиты от «гнева народа».

Но фабрикация «дела врачей» преследовала более тонкие цели. Например, бросалось в глаза, что среди тех руководителей, в убийстве которых обвиняли врачей, отсутствовал ряд высокопоставленных членов Политбюро: Молотов, Микоян, Ворошилов – и Берия. Подразумевалось, что обвиняемые врачи получили приказ от своих иностранных хозяев пощадить этих людей, чтобы сам Сталин в конечном итоге мог обвинить их в том, что они агенты империализма. Сталин также подчеркнул, что заговорщики пытались подорвать здоровье ведущих советских военачальников, что свидетельствует о том, что заговор не был направлен против Красной армии, а фактически был ей выгоден за счет устранения некоторых наиболее влиятельных партийных руководителей.

Что касается товарища Берии, то все чиновники, которым было поручено сфабриковать этот заговор, были марионетками, лично выбранными Сталиным не из НКВД Берии. Всего через несколько дней после смерти Сталина тринадцать из оставшихся в живых врачей – двое умерли во время допроса – были освобождены, и все это дело было публично осуждено как «нарушение социалистической законности».

Он настороженно огляделся и заправил бумажные простыни обратно в карман пиджака.

— Видишь, как удобно, что Старик Кожаное Лицо умер именно тогда, когда умер? О других членах Политбюро можно забыть. Как только Сталин выступил бы против них, они оказались бы совершенно беспомощны. Но с Берией все было иначе. На момент смерти Сталина он держал под своим личным командованием более миллиона вооруженных людей, и семьдесят пять тысяч из них находились в одной только Москве, оснащенные всем, от танков до огнеметов. Я сам их помню, в особой синей форме, несущих караул на каждом перекрестке с автоматами наперевес. Частная армия Берии.