Книга Окрыленный, страница 71 – Forthright

В его комнате было не так уж много вещей – кровать, стол, ковер. Папа называл ее чуланом, но он преувеличивал. Там прекрасно помещалось все, что было нужно Джо. Но вот наклонный потолок может создать проблемы. Сможет ли Кип здесь выпрямиться?

Или это не имеет значения, ведь он может просто стать белкой?

На старом будильнике сменялись красные цифры. Приближался тот час, когда Джо обычно ложился спать.

Они не назначили точное время.

А вдруг Кип забыл?

Джо смущенно посмотрел на припасенную еду. Не будет ли это выглядеть так, будто он хочет купить дружбу? Возможно, он перестарался.

Кип – хороший парень. Дружелюбный. Но Джо понимал, что у хороших парней много друзей. Честно говоря, было неловко сознавать, что если Кип зайдет поболтать, то для Джо это будет значить больше, чем для него. Тами говорила, что Эш – лучший друг Кипа, поэтому рыжий ничего не хочет от Джо.

Вероятно, он предложил помочь ради Тами.

Но Джо был бы рад просто подружиться с человеком-белкой. Почему он вообще об этом беспокоится? Джо уставился на свои руки, прислушиваясь к себе. Возможно, дело в том, что Кип пообещал ему безопасность. Это прозвучало обнадеживающе. Особенно перед лицом надвигающихся перемен.

Их ферма может стать анклавом.

Им всем придется разобраться в кристаллах, товарищах по стае и прочих вещах, которые сопутствуют жизни в Междумирье.

А если он окажется маяком, за ним наверняка придут. Разве двое из Пятерых не женаты на маяках? Возможно, для этих, самых редких наблюдателей есть особые правила. Заставят ли его покинуть дом?

Меланхолические размышления Джо были прерваны тихим постукиванием по стеклу. Окно в комнатке было квадратное, небольшое, без сетки и раздвижной рамы. Открыв защелку, Джо потянул створку.

— Привет, – пробормотал он.

— И тебе привет. – Кип с удивлением оглядел раму. – Прошло немало лет с тех пор, как я в последний раз принимал истинную форму, но ты заставляешь меня проделывать сложные трюки.

— Извини.

Рыжий пожал плечами:

— Отойди-ка. Я вхожу.

Джо быстро отступил.

Кип проскочил в окно в обличье белки, кувыркнулся и встал в говорящей форме, упираясь одной рукой в острый угол потолка. Джо поморщился. Он оказался прав. Кипу было тесно и приходилось сгибать ноги в коленях.

И вообще Джо видел его колени. И ступни – точнее, лапы. У него вся нижняя часть тела покрыта шерстью? По телевизору Джо такого не видел. Впрочем, Хисока Твайншафт и не появлялся на публике в пляжных шортах.

Больше всего отвлекал беличий хвост, который реял, трепетал и пушился, занимая больше места, чем сам Джо.

— Здорово, – прошептал Кип. – Обожаю укромные местечки. Насколько вероятно, что нас обнаружат?

— Не очень. Если только Цыпленок не проявит любопытства.

— Ничего, если я немного поколдую?

— Конечно.

Джо с растущим изумлением наблюдал, как когтистые руки Кипа выводили узоры, прорисовывая в воздухе светящиеся линии – замысловатые, прекрасные и деловито гудящие.

— Зачем это?

— Это символы. Одни для иллюзий, другие для барьеров. Еще чуть-чуть, и нам не придется говорить шепотом. – Кип криво усмехнулся. – Можешь прыгать на кровати, и никто не услышит.

Джо просто кивнул и стал ждать, пока Кип закончит.

Это было довольно красиво. Из кончиков его пальцев вырывались необычные правильные фигуры, блестели на стенах, дверях, окнах и полу.