Книга Кормилица-попаданка. Наследник королевского дракона, страница 68 – Диана Фурсова

Мивель опустил глаза.

— Но ты будешь недоволен тоже?

Рейвард подошёл к нему, присел у порога и положил ладонь на деревянный валик.

— Я буду бояться за тебя. Это не то же самое.

Мальчик удивился.

— Ты боишься?

Яссена замерла.

Вопрос был невозможный для зала совета. Но здесь, у порога детской башни, он оказался нужным.

Рейвард не сразу ответил. Его пальцы лежали на простом тканевом валике, который ещё вчера был ненужной вещью из караульной. Король-дракон, воспитанный властью, должен был, наверное, сказать: “Нет”. Или: “Короли не боятся”. Или хотя бы: “Неважно”.

Он сказал:

— Да.

Мивель от удивления даже забыл смотреть на порог.

— Чего?

— Что снова опоздаю услышать тебя.

Эмма отвернулась к окну.

Велт склонился над книгой так низко, что почти коснулся страницы носом.

Яссена почувствовала, как её собственное сердце сжалось. Не романтически. Не красиво. Просто больно — от того, что два человека рядом наконец учатся говорить там, где раньше всё закрывали формальными фразами.

Мивель медленно подошёл к порогу.

Не перешагнул.

Только поставил носок туфельки рядом с валиком.

— Я здесь, — сказал он.

Печать порога на стене дрогнула.

Чёрный стежок стал ещё тоньше, но не исчез.

Мивель посмотрел на Яссену.

— Мало?

— Достаточно для сейчас.

— А вечером?

— Вечером у тебя будет уже это “сейчас”. Оно останется с тобой.

Он кивнул, словно складывал это в карман рядом с Искрой.

Стол оказался легче.

Мивель сам расставил на нём предметы: горшок с ростком — ближе к стене, Искру — рядом, домик — слева, дракона с вернувшимся хвостом — справа, золотую ленту — полукругом, как когда-то белую нить возле тени. Потом посмотрел на Рейварда.

— Ты сядешь?

Рейвард опустился на ковёр у низкого столика.

Не на кресло. Не на стул. На ковёр.

Эмма прижала ладонь к губам.

Гарн из коридора тихо кашлянул.

Яссена замерла, потому что в этом простом движении было больше силы, чем в приказе закрыть башню. Король сел там, где сидел его сын. Не встал над ним, не потребовал подойти к себе. Просто принял высоту детской комнаты.

Мивель сел напротив. Потом подумал и передвинулся рядом.

— Так лучше.

— Почему? — спросил Рейвард.

— Если тень придёт, мы увидим вместе.

Печать стола засияла.

На этот раз ярче.

Чёрный каменный стежок вокруг неё не исчез совсем, но треснул надвое, будто его распустили с середины.

Мивель ахнул.

— Я ничего не делал!

— Делал, — сказала Яссена. — Ты посадил отца рядом с собой.

Рейвард посмотрел на неё через столик.

И в этом взгляде было что-то слишком тихое, чтобы назвать благодарностью, и слишком тёплое, чтобы назвать просто вниманием.

Яссена отвела глаза первой.

Потому что вечером придёт Каорель.

Потому что Мивель ещё не показал драконий облик.

Потому что она сама не знала, кем её считает гнездо.

И потому что если слишком долго смотреть на короля, сидящего на ковре рядом с сыном и деревянной птичкой, можно забыть, что он всё ещё способен вывести её за ворота, если решит, что она опасна.

Вечерний удар прозвучал раньше, чем хотелось.

Не потому, что время действительно ускорилось. Просто часы, наполненные заботой, всегда проходят быстрее, чем часы ожидания.

К тому моменту детская башня изменилась снова. Не внешне — не так уж много удалось сделать. Но теперь каждое изменение было записано. Окно осмотрено. Порог проверен. Стол подготовлен. Росток оставлен. Искра признана личным знаком. Дверь не заперта. Очаг полный, но спокойный. Семь печатей открыты. Повреждения отмечены. Свидетели названы.