Книга Луна в тумане, страница 181 – Генри Лайон Олди

Я наклонился к его уху:

— Убей вы меня, я бы уже держал вашу алебарду.

Нагусику молчал.

— Буду рад видеть вас своим гостем, — наконец произнес он тусклым, старческим голосом. — А сейчас позвольте нам уйти.

И бросил сыновьям:

— Следуйте за мной. Без возражений!

Я провожал их взглядом, пока они не скрылись за деревьями.

В усадьбе нас встречали пышнее, чем в порту по прибытии.

Разве что без подарков.

Господин Кабаяма тщательно скрывал, что он крайне взволнован и обеспокоен. Братья Ногути тщательно скрывали, что готовы к любому развитию событий, включая драку и захват пленных, то есть нас с Широно. Стражник Тиба тщательно скрывал, что ему очень хочется бежать дальше, желательно на край света. Второй стражник скрывал, что ничего не понимает, и хорохорился, выпячивая грудь.

Один конюх Кунайо ничего не скрывал. Вместе с другим конюхом он держал под уздцы четверку лошадей, из чего я сделал вывод, что еще немного, — и господин Кабаяма со свитой ринулись бы верхом через лес, коротким путем, рискуя тем, что лошади не пройдут или сломают себе ноги.

При виде нас, сопровождаемых Хисатакой, красным от гордости — и страха перед дедом! — господин Кабаяма открыл рот, закрыл его и снова открыл.

— Приветствую вас, — провозгласил он, — во владениях клана Симадзу!

Не зная, что сказать в сложившейся ситуации, он машинально повторил слова, заготовленные для встречи в порту.

— Тысяча благодарностей! — откликнулся я.

И замолчал, давая дзайбану возможность собраться с мыслями.

— Я… — начал было мальчик.

Я толкнул его локтем в бок, веля заткнуться.

— И отдельная благодарность, — продолжил я, перехватывая инициативу, пока Хисатака не наговорил лишнего, — за то, что послали нам вослед вашего внука. Ах, зачем я отослал назад стражника, которого вы отрядили вместе с нами! Я решил, что отлично запомнил дорогу, и был горько наказан за самоуверенность.

— Да, — тупо повторил Тиба. — Меня отослали, да.

— Неслыханная дерзость! — подхватил я. — Немыслимая глупость! С моей стороны, разумеется. Но ваша предусмотрительность, господин Кабаяма, выше всяческих похвал. Широно, благодари господина!

— Моя благодарность безмерна, — мрачно объявил Широно. — Надеюсь, однажды я смогу отплатить господину такой же любезностью.

Мальчик рядом со мной пыхтел от избытка чувств. Пыхтел, и ладно, лишь бы помалкивал.

— Могу ли я спросить, — осторожно начал дзайбан, — с какой целью вы пожелали видеть торговца Нагусику?

Пока я думал, что ответить, Широно выступил вперед:

— Здесь нет никакой тайны. У меня по утрам часто болит голова. Просто раскалывается! Господин Торюмон любезно предложил мне сходить к Нагусику, человеку, сведущему в лекарствах, дабы узнать, нет ли у него редких здешних трав, способных облегчить мои страдания.

Мой помощник застенчиво потупил взор:

— А поскольку я отроду стеснителен, господин Торюмон вызвался пойти вместе со мной.

— И как? — поинтересовался дзайбан.

— Что — как?

— Страдания облегчились?

— Разумеется! После встречи с Нагусику моя голова совершенно не болит. Надеюсь, так будет и в дальнейшем.

— Это хорошо, — согласился господин Кабаяма. — Когда голова не болит, это очень хорошо. Надеюсь, так будет и в дальнейшем.

Слушай, мальчик, подумал я, имея в виду Хисатаку. Хочешь стать дознавателем? Это тоже наша работа, слушай и учись.