Книга Большая охота Крика, страница 112 – Саша Хеллмейстер

— Скоро мы будем вместе, насовсем вместе,– с удивительным даже для себя хладнокровием сказала я.– Так что пошли они к дьяволу. Да, когда ты вернешься, я буду здесь и дождусь тебя. Может быть, разве что посплю.

Он кивнул и поцеловал меня снова. Затем поднялся сам и помог встать мне. Мы вытерлись одним полотенцем, я оделась в то же платье. До рассвета еще было много времени. Вик прошел обнаженным в комнату, нашел там, в шкафу, кое-какую сменную одежду и упаковал в пустой пакет свои джинсы и рубашку.

На трупы он смотрел не больше, чем на пыль у себя под ногами.

Так сразу вспомнить было трудно, что случилось после. Он за руки довел меня до кровати, которая когда-то принадлежала Адсиле, и уложил на нее, накрыв одеялом.

Присев на край, он поцеловал сперва одну мою руку, затем вторую и шепнул:

— Я скоро вернусь. Никого и ничего не бойся, никогда.

— Хорошо,– откликнулась я и говорила чистую правду.

Потому что в ту ночь страшнее Вакхтерона не оказалось никого.

Он вернулся ко мне спустя четверть часа – одетый в спортивные прямые брюки и футболку с длинным рукавом. Двигался он не так быстро и легко, как обычно, и видно было, как болела каждая мышца, каждая клеточка тела, но помог мне собраться и довез до дома на своем пикапе. Я покинула домик Адсилы, ставший местом бойни, но знала, что когда вернусь сюда снова, все покажется сном. Виктор Крейн хорошо постарается, чтобы убрать все следы. Он притормозил на пикапе против моего газона; там, возле ограждения, мы попрощались.

— Я не сделаю тебе ничего плохого,– вдруг сказал Вик. В голосе его я услышала тревогу.– Я знаю, ты видела, что я делал, опять видела. Но не вздумай после этого подумать, будто…

— Ни за что.

Он немного успокоился и обнял меня, и я ощутила, как расслабилось его тело, стоило мне обнять его в ответ. Мы встретили тот рассвет вместе, пережив самое страшное, чтобы больше не разлучиться.

Я вернулась домой через кухонную дверь, открыв ее своим ключом. Затем быстро приняла душ, скрыла синяк сзади на шее под распущенными волосами, а следы на теле – под закрытой одеждой, и провалилась в сон, едва голова коснулась подушки. И только утром, встав около одиннадцати часов и спустившись вниз, встретилась с новостями.

Этой ночью машину Бенджамина Мейхью нашли на границе с городом пустой, и полиция прочесывала лес Пискатаки в его поисках.

* * *

Они бежали по равнине под сень густой чащи на болотах, слыша приближающиеся крики, похожие на человеческие и птичьи одновременно. Охотники и выживальщики теперь спасались вместе, и здесь было чему удивиться. Вакхтерон бросил быстрый взгляд на девушку возле себя, из-за которой Иктоми сделала ему слишком больно – о чем он помнил,– и крикнул:

— Дай руку!

Лесли вспыхнула:

— Думаешь, я бегать не умею?

— Я быстрее тебя,– сказал Вакхтерон.– И так будет лучше. Возьмите выживальщиков за руки и тяните их за собой, иначе птицы растерзают нас!

Мистер Буги стиснул руку Констанс и Сони, Дым схватил за запястье Майка. Они понимали, что от большой стаи им было невозможно отбиться. Над головами их летел ворон, словно подбадривая карканьем, и наконец вырвался вперед. Лесли бежала с Вакхтероном рука об руку, думая о том, как это странно – и как удивительно ровно рядом с ним бьется ее сердце. Ни с кем и никогда здесь она не чувствовала себя так спокойно, как с ним. Но она вспоминала, какой была жизнь с ним там, в своем мире, вспоминала все яснее и не задавалась вопросами, откуда пришел покой.